Электронная книга - «Убей или умри! 3». Краткое содержание книги:
Серега стал для Кислого главной ударной силой. Самых борзых они отлавливали поодиночке после школы, и скоро мало кто смел открыть рот не только на Молотка, но и на самого Кислого.
Когда самолюбие Витька было удовлетворено, он решил поправить финансовое положение. К пятому классу Кислый сколотил вокруг себя банду единомышленников, и они всерьез стали трясти малышню.
Тогда Витек первый раз зарвался, и отобрал телефон у одного второклашки, слюнтяя и нытика. Кислому показалось несправедливым, что этот пиздюк ходит в школу с айфоном, а у него только кнопочная "звонилка".
Папа "пиздюка" оказался прокурором, мама работала в администрации. Бабка на коленях умоляла их, чтобы Витю не ставили на учет и не ломали мальчику жизнь. Мальчика простили, рассчитывая что он "сделает выводы".
Витя сделал выводы. С тех пор он тщательно изучал своих жертв. Как настоящий хищник нападает на слабых и больных, Кислый отбирал тех, кто не мог дать отпор. Необязательно из бедных семей, хотя малолетняя шпана не брезговала никем.
Обычно жертвами Кислого становились те, кто боялся рассказать родителям о побоях и поборах, и кто был готов за умеренную дань купить себе немного спокойной жизни. Тех, кто наивно считал, что может соскочить, жестоко мудохали в назидание остальным.
Шайка Кислого набирала силу. Новые "бойцы" уже сами просились к нему. У Кислого можно было поднять баблосы, бухнуть или дунуть. Кислый знал, кому скинуть "горячий товар". Его пацаны трясли лохов и щупали пугливых податливых телочек. Кислого начинали бояться, а значит, по его собственному мнению, уважать.
Говнюка Северьянова Кислый не переносил еще со школы. Как-то раз "Акелла промахнулся" и шпана попробовала обложить пацана данью. Тот молча двинул Кислого в подбородок, отправив отдыхать на несколько минут, а остальные просто разбежались.
Кислый спустил ситуацию на тормозах, будто и не было ничего, хотя злобу затаил. Но он был прагматиком, хотя сам вряд ли знал это слово, и считал, что воевать с нищебродом, ради уязвленного самолюбия нерентабельно.
В последнее время Северьянов резко "поднялся". Дорогие тачки, пафосные телки… Кислый решил пощупать его, но закончилось все разгромом, еще более плачевным, чем в седьмом классе.
Такого удара по репутации он простить не мог, и когда появилась возможность, нанес ответный удар. Тогда возле подъезда в пустом дворе Кислый был готов завалить давнего недруга на глушняк, но его спугнули.
Через несколько дней Витька отыскали. Его "приняли" прямо по пути от круглосуточного с баклахой пиваса в руках и отвезли к очень серьезному человеку.
О серьезности просто кричал и сам кабинет, и внешность собеседника, и тон, которым он говорил.
— Твой товар? — спросил "серьезный человек".
На столе лежала мобила Северьянова, которую Кислый сразу после налета скинул перекупу.
— Мой, — Кислый нутром понял, что отпираться тут нельзя. Надо сотрудничать охотно и старательно.
"Вот сука, перекуп", отчаянно вертелось в башке у Кислого. "Полная конфиденциальность, надежно как в банке… найду суку… душу вытрясу… "
— Владельца знаешь?
— Знаю.
Телефон был взломан, важный человек крутил его в руках листая, читая что-то внутри и временами хмыкая.
— Виктор… тебя ведь Виктор зовут, — собеседник дождался отчаянного Виткиного кивка и продолжил, — я могу на тебя рассчитывать, Виктор? У меня есть для тебя работа. Только никому ни слова.
— Могила, — часто-часто закивал Кислый.
Кислый не удержался, и приоткрыл завесу тайны перед корешами, раздавая щедрые авансы.
— В большой бизнес позвали, — говорил он, — без тебя, мол, Виктор Сергеич, никак. Да вы не очкуйте, пацаны. Я вас подтяну к серьезным делам.
Кореша кивали, но про себя сомневались. Кроме Кислого никто "большого человека" в глаза не видел и никаких доказательств его существования лидер предоставить не мог. Своим сомнения они обсуждали у Кислого за спиной, но вслух произнести их не решались.
— Охуеть, не встать! — вдруг вылупил глаза Серега Молоток. — это к кому у нас на такой тачиле прикатили?
Низкая спортивная машина сыто взрыкивая мотором завернула вдоль дома и покатилась по узкой очищенной от снега дорожке вдоль подъездов.
— Это феррари! — заявил Жэка
— Гонишь! у Феррари лошадь нарисована!
— А это тогда что?
— Ламборгини!
Пацаны заспорили, пытаясь вспомнить, что изображено на капоте у ламборгини.
Машина между тем подкатила к самым лавочкам, остановилась и из нее вышли две телки. Пацаны тут же забыли все свои автомобильные разногласия. Такое раньше они видели только в дорогой порнухе, в самом-самом её начале, пока все участники еще одеты.