![В тени чужих холмов [СИ] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/2/7/4/9/v-teni-chuzhih-holmov-si-download.jpg)
В тени чужих холмов [СИ]
- Автор: Валин Юрий Павлович
- Серия: Кошка сама по себе #1
- Язык: русский
- Жанр: Детективная фантастика
Электронная книга - «В тени чужих холмов [СИ]». Краткое содержание книги:
Она прошла через огромный чужой мир, несколько дней провоевала на самой страшной в истории человечества войне, а теперь внезапное и нелепое цивилизованное бытие, новый паспорт и новая страна. Не нужно выживать, можно (и нужно) вести нормальную жизнь. Странная задача для странной девушки.
Университетский период Катрин Мезиной, временно сменившей фамилию, место жительства, род занятий, но не характер. Объемный детективно-этнографический роман, с элементами 'запретной' археологии, спорной педагогики, мистики, каннибализма, психиатрического триллера и семейной саги. Строго 18+! Наличествуют эпизоды сексуального, насильственного и сексуально-насильственного характера!
Когда Катрин пришла в себя, то спросила о собаке. Изумленный доктор ответить ничего не успел. Девушка снова "выключилась". Вечером, и еще раз, - на рассвете, отставной сержант вновь пересекала черту. Врачи и современная реанимационная аппаратура в азартной борьбе вытягивали девушку назад. Окончательно выяснилось, что Катрин сохранила жизнь и рассудок, лишь на третьи сутки.
Потом, за долгие дни исследований, никаких следов инфаркта миокарда, ишемической болезни сердца, и даже просто стенокардии зафиксировано не было. Все, как говаривали на исторической родине, - "рассосалось". Катрин послушно ходила на кардиограммы, УЗИ, коронографию и прочие анализы. Физически, если не считать страшной слабости, девушка чувствовала себя вполне сносно. Думать ни о чем серьезном не хотелось.
Когда разрешили посещения, Катрин получила свой ноутбук с файлами последних лекций. Окунуться в мир византийской истории и теории археологии, оказалось для мозга сущим благом. Фиона с парнями заглядывали к больной каждый день. Долго не задерживались, беседы на всякие волнующие темы врачи категорически запрещали.
Оказалось что в сутках очень много часов. Несмотря на медицинские процедуры и исследования, Катрин успевала учиться, играть в шахматы и даже смотреть телевизор. Впрочем, ящик надоедал еще быстрей, чем фемное[32] устройство и изучение бесконечной полемики с монофизитами[33].
С Ноем Уоти поболтать было интересней. Если убрать нелепые очки и склонность объяснять мир с исключительно интуитивно-экстатичной точки зрения, Ной был симпатичным парнем. Довольно много знал и про лесную жизнь. Вот слушать о походной жизни девушка могла бесконечно. Опасных тем собеседники, не сговариваясь, избегали. Уоти чувствовал себя значительно хуже девушки. Передвигался осторожно, теплый пестрый халат делал индейца похожим на интеллигентного азиата. У Уоти обнаружили обширный инфаркт. В глубине души Катрин подозревала, что ее сердце пережило нечто подобное. Непонятно почему исследования ничего не выявили. Разве что, в последствии инфаркт переродился во что-то иное.
Теперь опасность возникла на левом фланге. Катрин оборонялась. Момент перейти в атаку так и не представился. Уоти сдвоил ладьи, его пешки подступали по фронту. Пришлось концентрировать для обороны все силы… Белый вражеский ферзь неожиданно проскочил направо, его поддержал слон, в два хода оборона оказалась вскрыта. Отчаянная попытка контратаковать по центру запоздала. Слава богам, в шахматах не обязательно сражаться до последнего патрона.
- Эндшпиль удался, - удовлетворенно констатировал Уоти. – Но ты проявила изобретательность. Недурно. Еще полгода на госпитальной койке, и сможешь участвовать в первенстве провинции.
Катрин, опечаленная потерями в рядах своего черного воинства, кивнула:
- Еще месяц, и все, на что я буду годна, - лишь двигать фишки.
- Не преувеличивай, - с завистью сказал индеец, - тебя скоро выпишут. Ты им интересна лишь как феномен.
- Буду рада отсюда выбраться. Скоро сдавать тесты. И вообще уже весна. Надоело валяться…
Катрин обманывала. Она не чувствовала себя до конца здоровой. Дело не в слабости. И не в недоверии к притворяющемуся здоровым сердцу. Катрин боялась. В прямом смысле, - пугалась одиночества и темноты. Днем, с врачами и медсестрами, посетителями, телевизором, лекциями и книгами, все было нормально. Но стоило госпиталю заснуть, и становилось не по себе. Дежурная медсестра, привыкшая к тому, что упорная девица допоздна читает, в палату не заглядывала. А Катрин никак не могла себя заставить отложить "Нумерологию" и выключить ночник. Несколько раз засыпала с книгой и светом. Собственная трусость изводила как самый изощренный яд. Девушка даже не могла осознать, чего именно она боится. Не призраков, - они и их ненависть, стали обыденными, такими же понятными, как многообразие смертей знакомых раньше. И сам Уход тоже не пугал. Катрин ничего не помнила. Ни тьмы, ни благостного приветливого света в конце туннеля-коридора-трубы канализации. Конечно, тоскливо покидать привычный мир, не успев сделать самое нужное. С другой стороны, всё нужное никогда не доделаешь. Но почему страшна темнота?
Сталкиваешься с непреодолимым. Остановка сердца и темнота, - это ничто. В смысле, отсутствие всего. Ладно, переживем. Нужно только время. Собраться, преодолеть. Окончательно вернуться.
Ждать не оставалось сил. Катрин аккуратно закрыла книгу. Выключила ночник. И принялась напряженно рассматривать темноту. Окно палаты выходило на стену соседнего корпуса. Заслоненный лунный свет в окно почти не попадал. Палата клубилась тьмой.
32
Фема — военно-административный округ Византийской империи. Фемы были созданы в середине VII столетия с целью защиты восточных рубежей империи от арабов и позднее от турок-сельджуков.
33
Монофизиты (от monos, «один», и physis, «природа») — традиционное название тех, кто отрицает присутствие в Иисусе Христе двух равноправных природ (божественной и человеческой). Согласно монофизитскому учению, оформившемуся в первой половине V века, человечество в единой природе Христа, по сути, поглощено божественным началом. Эта доктрина была осуждена Халкидонским собором 451 года, однако в широких массах Востока удержалась. Возникшие вследствие этого независимые восточные церкви — Армянская, Коптская, Эфиопская, Сиро-Яковитская — до сих пор сохраняют свою самостоятельность, в том числе догматическую.