Последняя из страны Лета
- Автор: Мишарина Галина
- Серия: Магия двух Лун #1
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Последняя из страны Лета». Краткое содержание книги:
В тексте нет:
- властных героев
- чрезмерно детального описания физической любви
Всем, кому интересно произведение без этих особенностей, приятного чтения!
Он хмыкнул и послушно отвернулся. Старшему не пришлось делать замечания, он был абсолютно спокоен и доверчив – как всегда. Я старалась изо всех сил, помогая себе всем телом, иногда наваливаясь так, что скрипел матрас. Йан даже «испугался», что я могу их раздавить, но вскоре оба затихли, и я перешла ко второй части – прекрасной лёгкой щекотке, из которой должны были родиться мурашки. Мне на миг показалось, что оба уснули, но стоило прекратить, как Йан заворочался, а Ульф сказал:
– Пальцы устали?
– Немного. Вам понравилось?
Вместо ответа Ульф поймал меня за руку и утянул в середину, а Йан тотчас обнял сзади, не позволяя отползти.
– Очень, – прошептал мне в губы старший.
– Это было прекрасно, – сказал в ухо младший.
Последовал долгий поцелуй, и одновременно я ощутила, как Йан стаскивает с меня полотенце. Теперь всё было серьёзно – от поглаживаний сразу к глубоким прикосновениям, таким, что ко мне снова вернулся страх.
– А так… можно?
– Нам можно, – сказал Ульф. – Мы знаем, для тебя это всё ново, но не бойся, Нуала. Позволь ласкать тебя.
Я была смущена, растеряна, и совершенно не знала, как вести себя. Но Ульф поцеловал меня, Йан прижался плотнее, и страсть, что всегда была поблизости, окутала нас. Наверное, именно о таких ласках говорила Жилль… Или должно было случиться что-то ещё? Их руки были внизу, и я чувствовала, как скользят проворные пальцы. Всё моё желание собралось в животе, и, когда Йан оказался внутри, я просто не могла больше сдерживаться.
Не могу точно сказать, что я делала в ту ночь. Меня вели инстинкты, околдовывала чувственность, и сердце было заодно с телом против всякой разумности. И, что самое главное, всем троим это понравилось…
Мы ехали по полю, и Йан то и дело, красиво нагибаясь, скатывал один за другим снежки. Большая их часть доставалась Ульфу, который всё старался закрыть меня, но часть прилетала в плечи – младший не целился ни в какие чувствительные места. Смеясь, я отряхивала плащ, и, пытаясь самостоятельно ускользнуть от очередного снаряда, шлёпнулась в сугроб.
– Нуала!
Обеспокоенные Ульф и Йан вытащили меня из снега и принялись осматривать. Я никак не могла перестать смеяться.
– Да ничего страшного!
– Вот и хорошо, – сказал Ульф, строго поглядев на Йана. – Давайте-ка поторопимся, а то получится, что я отлыниваю от работы в честь праздника.
– Сегодня имеешь на это полное право, – хмыкнул младший. – Но лучше и правда не задерживаться. Тем более что Нуала наверняка голодная.
Он был прав. После необычной ночной любви я готова была съесть даже ненавистную гороховую кашу. Однако вовсе не она должна была стать главным блюдом предстоящего пиршества.
По приезде меня тотчас позвала на кухню Жилль, и я, хотя и поздравила Ульфа сразу после пробуждения, а отдать подарок просто не успела. Пришлось перекусить, и тотчас начать помогать – лишних рук не было. Попутно я тянула в рот всё, что придётся, и уже когда начало смеркаться, поднялась в башню, где кстати застала старшего.
– Как хорошо, что ты здесь! У меня есть подарок.
– Правда? – улыбнулся он. – А я думал, что всё самое замечательное уже получил.
Мужчина шагнул и обнял меня, покрасневшую от удовольствия.
– Ты про нашу ночь?
– Про все наши ночи, – уточнил Ульф. – И про тебя, такую милую и ласковую.
– Мне страшно, Ульф! – вырвалось само собой.
– Почему?
– Я боюсь, что моих чувств не хватит на вас двоих. У меня была большая семья, и порой я ощущала себя разделенной из-за необходимости каждому уделить внимание. Среди братьев и сестёр всегда были те, кого я выделяла, с кем мне было проще и свободней. Те, к кому я была привязана сильнее. Мне тогда казалось, что невозможно любить всех одинаково, и я ощущала чувство вины за собственное маленькое сердце. Мама мне рассказывала, что лет в пять я спросила, можно ли сделать любовь обширней, чтобы она могла быть одинаково большой для каждого? Кажется, тогда она не совсем правильно меня поняла, подумала, что я нуждаюсь в дополнительной ласке и внимании с их с папой стороны… Но я говорила о себе. Боялась обидеть. Боялась, что кому-то не хватит тепла.
– И тут вдруг два мужа, – сказал он тихо. – Каждый из которых жаждет внимания.
– И каждый из которых его заслуживает! – сказала я, целуя его в ямочку меж ключиц. – Каждый из которых мне по-своему дорог. Я хочу попросить тебя, Ульф.
– О чём угодно.
– Если вдруг ты почувствуешь, что тебе достаётся меньше ласки, скажи мне об этом, не боясь обидеть. Ты обещаешь?
– Какая ты всё-таки чудесная, Нуала, – сказал он мне в макушку. – И сколько переживаний в твоём большом и нежном сердце. Я обещаю, что никогда тебя не обижу. Если для тебя это важно, попрошу о ласке, а лучше просто подойду и поцелую. Но и ты должна обещать мне, что перестанешь рвать себя на части. Поверь, твоего света нам хватает в избытке. Ты даже не представляешь, как ярко сияешь, сааф. Расслабься, котёнок, – сказал он, беря меня за подбородок и глядя в глаза. – Позволь тебя радовать. Будь собой, чувствуй своё тело, внимай жаждам. А если кому-то достанется чуть меньше нежности – не беда. Мы всё равно насытимся твоими объятьями ночью. И, кстати, – добавил он, – не пугайся, если обнаружишь нас в своих постелях. Тебе ведь тоже иногда хочется поспать одной, правда? В этом нет ничего плохого.