Маулихакти, или Вернись ко мне!

Ишима сидела, поджав ноги, в дальнем углу повозки на одной из подушек и смотрела, как пропадают вдали крыши бастиона латников. После моих слов повернула голову, и я заметила моментально покрасневшие глаза девушки-птицы. Либо она склонна все драматизировать, либо и правда я своим вопросом задела больную тему.

— Вы действительно ничего не знаете о наших обычаях или издеваетесь? Это жестоко…

— Я ничего не знаю, Ишима! Честное слово, до вашего появления в корчме я не знала даже такого слова, как «маулихакти»!

Она всмотрелась в мое лицо, явно искала там след издевки, но не нашла и грустно улыбнулась.

— Для нас, хактов, есть только два пути получить магическую энергию, точнее три. Первый: расходовать ее малыми крохами, и тогда она восстанавливается сама. Второй: подпитывать хакта может его маули. Читала предания, что в стародавние времена маули даже умирали, чтобы спасти жизнь своему хакту или нескольким хактам. Ну, и третий: это находиться рядом с Источником.

— Ну? — поторопила я.

— Неужели вы еще не поняли? Наставник самый сильный из нас, и его просто некем заменить, чтобы он немного перевел дух. Источник находится в Тимирайе. А маули у наставника больше нет…

— Хорошо, — протянула я и быстро спросила, чтобы не заострять внимания на том, что у Дэмиана кто-то погиб, — а почему он не сбегал через портал к этому вашему Источнику?

— Он и хотел. Пройти через портал и восстановить силы при помощи Ключа, но тут вы пришли в себя и… в общем, он передумал.

— А бросать меня одну побоялся по причине все той же защиты от поиска, — закончила я за нее.

Ишима только кивнула. Мы помолчали. У меня было море вопросов, но я боялась проявлять интерес, боялась, что она передумает со мной откровенничать и тогда станет контролировать каждое слово. Кезеф явно все слышал, ведь нас отделяла только ткань, наброшенная на металлические прутья, но в разговор не вмешивался.

Неожиданно девушка заговорила сама.

— Он так изменился с тех пор, как увидел вас. А уж когда решил, что вы погибли… Он так кричал! Лиамер даже предположил, что наставник может сойти с ума. Мы перенесли вас и Амалиэля в крепость по его приказу. Он просидел с вами в комнате всю ночь. Я подслушивала пару раз, он вам все время что-то говорил… Ему плохо сейчас из-за вас! — она вдруг выпрямила спину и гневно сверкнула глазами.

— Из-за меня? — ахнула я. — Что я ему сделала?

— Не знаю, но с того момента, как он пересек порог той корчмы, я вижу, что в нем много горя и боли. А после того, как вы его вылечили, кажется, будто у него в душе только скорбь и осталась!

От ее слов стало не просто неуютно или стыдно, а реально плохо.

Если облить спящего человека холодной водой, а потом отвесить пощечину, то это будет очень похоже на то, что испытала я. Причем совершенно отдельно от логики и рассуждений. Эмоции просто накрыли. Я ощутила физический холод и реальный страх. Душу словно заморозили, и стало так страшно, как давно не было, но не за себя, а за него. Что-то внутри меня плакало от того, что он страдает, при этом все прочие части моего естества рвались на помощь. Без объяснения причин.