Юность [Min Kamp. Fjerde bok]
- Автор: Кнаусгорд Карл Уве
- Серия: Моя борьба #4
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-419-6
- Переводчик: Анастасия Васильевна Наумова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Юность [Min Kamp. Fjerde bok]». Краткое содержание книги:
Карлу Уве восемнадцать, он только что окончил гимназию, но получать высшее образование не намерен. Он хочет писать. В голове клубится множество замыслов, они так и рвутся на бумагу. Но, чтобы посвятить себя этому занятию, нужны деньги и свободное время. Он устраивается школьным учителем в маленькую рыбацкую деревню на севере Норвегии. Работа не очень ему нравится, деревенская атмосфера — еще меньше. Зато его окружает невероятной красоты природа, от которой захватывает дух. Поначалу все складывается неплохо: он сочиняет несколько новелл, его уважают местные парни, он популярен у девушек. Но когда окрестности накрывает полярная тьма, сводя доступное пространство к единственной деревенской улице, в душе героя воцаряется мрак. В надежде вернуть утраченное вдохновение он все чаще пьет с местными рыбаками, чтобы однажды с ужасом обнаружить у себя провалы в памяти — первый признак алкоголизма, сгубившего его отца. А на краю сознания все чаще и назойливее возникает соблазнительный образ влюбленной в Карла-Уве ученицы…
Этого я не знал.
Но было неприятно, потому что я выглядел пустомелей, лжецом и выдумщиком, иными словами, под стать папе. Забавно, потому что если я к чему и стремился, так это никогда не врать, именно чтобы не походить на него. Да, ложь во спасение — на нее я готов был пойти, если не хотел, чтобы кто-то, чаще мама, но порой и папа, о чем-нибудь узнал. Ради них, не ради себя. Так что ничего плохого в этом точно не было.
— Хорошо, что несколько дней можно в школу не ходить, — сказал я.
— Это точно, — согласилась бабушка.
— А Гуннар и все остальные — они к вам на Рождество придут? — спросил я.
— Нет, они дома празднуют. А вот мы, наверное, к ним зайдем.
— Ясно, — сказал я.
— Ну вот, разогрелись. — Бабушка положила обе булочки на тарелку, поставила ее передо мной на стол, а сама села на стул.
Она забыла нож и сырорезку.
Я встал и пошел за ними.
— Ты чего? — удивилась она. — Не хватает чего-то?
— Ножа и сырорезки.
— Сиди, сиди. Я подам!
Она достала из ящика приборы и положила их на стол.
— Держи, — сказала она. — Теперь у тебя все есть!
Она улыбнулась. Я улыбнулся в ответ.
Корочка была такая хрустящая, что крошилась, едва я успевал поднести булочку ко рту. Ел я быстро — не cтолько по привычке, сколько потому, что сами они не ели и, пока я расправлялся с едой, сидели совсем тихо, так что каждое мое движение, даже если я просто стряхивал со стола крошки, выглядело преувеличенно энергичным.
— Мама тоже отпуска ждет, — сказал я, намазывая вторую булочку спредом.
— Неудивительно, — ответила бабушка.
— Она с лета в Сёрбёвоге не была, а они там уже совсем старенькие. Особенно бабушка. И болеет тяжело.
— Да, — бабушка кивнула, — это верно.
— И сама уже не ходит, — добавил я.
— Правда? — спросила бабушка. — Неужто так все плохо?
— Но у нее есть ходунки. — Я проглотил последний кусок и вытер с губ крошки. — Так что по дому она ходит. А вот на улицу выходить перестала.
Об этом я прежде не задумывался. А ведь она и правда больше не выходит, проводя все время взаперти, в маленьких комнатушках.
— У нее же Паркинсон, да? — спросил дедушка.
Я кивнул.
— Зато у мамы с работой все в порядке, — сказал я, — а больше ничего особо нового нет.
Бабушка вдруг вскочила, отдернула штору и выглянула в окно.
— Вроде там кто-то ходит? — проговорила она.
— Все ты выдумываешь, — проворчал дедушка. — Мы никого не ждем.
Бабушка опять села. Она торопливо провела рукой по волосам и посмотрела на меня.
— И правда. — Бабушка вновь поднялась. — Ой, чуть не забыла про подарки!
Она ненадолго вышла, и я посмотрел на дедушку. Тот поглядывал на лежащую на столе газету с результатами лотереи.
— Вот. — Бабушка появилась из коридора. В руках у нее было два конверта. — Тут немного, но все равно, небось, пригодится? Один тебе и один Ингве. Довезешь до дома-то? — она улыбнулась.
— Конечно, — ответил я, — спасибо большое!
— Не за что, — отмахнулась бабушка.
Я встал.
— Ну, счастливого вам Рождества, — проговорил я.
— И тебе хорошего Рождества, — ответил дедушка.
Бабушка спустилась вместе со мной в прихожую и, пока я надевал свою черную куртку и обматывал шею черным же шарфом, стояла возле меня с отсутствующим взглядом.
— Ничего, если я из подарка чуть-чуть возьму, чтобы за автобус заплатить? — спросил я.
— Нет, лучше не надо, — сказала она. — Вообще-то мы хотели, чтобы вы купили себе что-нибудь приятное. У тебя что, денег нету?
— К сожалению, нет.
— Дай-ка проверю, может, у меня завалялись монетки. — Она вытащила из кармана висевшего на вешалке пальто маленькое портмоне и протянула мне две десятки.