Контракт

– Пенни.

– Да, я заплатил ей, чтобы она притворялась моей невестой. Практически вынудил выйти за меня замуж, чтобы продолжить обман. Ей были ненавистны ложь и притворство, – я потер затылок, с силой впившись в кожу. – Вы все так ей нравились... нравитесь, что думаю, ей стало невмоготу. Она больше не смогла продолжать.

– Как сильно к этому обману причастен Брайан Максвелл?

Я уже решил для себя, что не позволю никому страдать по моей вине, поэтому не захотел подставлять под удар Брайана или Эми.

– Никак. Я рассказал ему ту же легенду, что и вам. Если он что-то и подозревал, то смолчал. Мне кажется, он искренне полагал, что я изменился, иначе бы не остался в стороне. Что касается Эми, – добавил я, – она ничего не знала. Совершенно ничего.

С мгновение он изучал меня, постукивая себя по подбородку.

– Сомневаюсь, что он так уж непричастен, как ты утверждаешь, однако, не стану акцентировать на этом внимание. Эми – надежная сотрудница, в ее неведение я верю.

– Так и есть.

– Итак, тебя приняли в команду. В чем состоял твой план?

Опустив голову, я сцепил пальцы на затылке, сдавив шею. Я чувствовал напряжение и волнение, словно в любую секунду могу выпрыгнуть из собственной шкуры.

– Ричард, тебе нужно успокоиться. Попытайся расслабиться.

Протяжно выдохнув, я освободил из хватки шею и посмотрел на него.

– Я не знаю, где моя жена, Грехам. Я не могу расслабиться. В моей жизни бардак и единственный человек, который может сделать ее лучше, где-то там, – я махнул рукой в сторону окна, – и думает, что безразличен мне.

– Когда ты в нее влюбился?

– Понятия не имею. Это должна была быть игра. Мне нужно было, чтобы она подала меня более привлекательным. Думал, что если удастся сделать первый шаг, доказать свою ценность вам и вашей фирме, показать, что могу предложить вашим рекламным кампаниям, то, возможно, моя личная жизнь не имела бы такого большого значения. В конце концов я бы развелся с ней и каждый из нас пошел бы своей дорогой. Я бы продолжал работать, а она бы оказалась в финансовом плане в гораздо лучшем положении, чем была. Никто бы не остался в накладе.

– Но?

Его простой и в то же время сложный вопрос повис в воздухе.

– Обстоятельства изменились. Я изменился. То, что должно было быть игрой, стало действительностью. Мы стали друзьями. Союзниками. А затем и кем-то большим. Хотя я этого не замечал. Не видел насколько важной она становилась для меня. Никогда не думал, что был способен испытывать такого рода чувства к кому-то.

– Как во все это вписалась Пенни? Думаю, она сыграла значительную роль в этом.

– Кэтрин никогда не хотела, чтобы я с ней встречался или имел какое-либо отношение к ее жизни. Она не хотела сбивать с толку уже итак спутанное сознание Пенни. В тот вечер, когда была вечеринка по поводу моего прихода на фирму и на которой я перебрал с выпивкой, мы поспорили. Вернее, я был задницей и надавил. Она рассказала об аварии с родителями и как в ее жизни появилась Пенни. Не скупясь в выражениях, она поставила меня в известность, что обо мне думает. – Даже несмотря на мое беспокойство и серьезный разговор мои губы изогнулись в улыбке. – В тот вечер мне предстала та сторона Кэтрин, о наличие которой я и не подозревал. Она не была ничтожной слабачкой, какой я ее считал. Она была... она храбрая и сильная. И преданная. – Моя улыбка погасла. – К тому же она открыла мне глаза на то, каким ублюдком я был на самом деле: по отношению к ней, к окружающим меня людям. На следующий день я пошел и познакомился с Пенни.