Расправляя крылья 1. Шаг перед пропастью [АТ]

Насчет Марины всё тоже в норме. Как и планировалось, она никому не интересна. Все покрутились и отстали. Феррейра тоже люди, понимают, что произошло. Человеческий фактор в виде пьяной женитьбы он… — Усмешка. — …Возможен. И ценность такого контакта для тебя, и тем более королевы, нулевая.

— Даже теперь нулевая? — хмыкнул я. — Не для королевы, для меня?

Мишель презрительно скривилась.

— А какая разница? Ты не Эдуардо, чтобы твой сын мог на что-то там в отдалении претендовать. Ты — всего лишь ты. И он, если родится здоровым, максимум, сможет участвовать в играх других людей в качестве безвольной пешки. Его ценность так же близка к нулю, Хуан.

— Он — мое слабое место… — попробовал возразить я, но был перебит.

— Для тебя. — Златовласая расплылась в улыбке, от которой мне стало нехорошо. — Тебя теперешнего. Но они судят по себе, и поверь, сын от простолюдинки для них… Не настолько слабое место, как для тебя.

Пауза.

— Чтобы играть с ними на равных, тебе придется жить в их понятийном поле, Хуан. Хочешь ты этого или нет. А по их логике, почему бы тебе не пожертвовать в случае серьезной опасности подобным слабым местом в угоду высших интересов? Как то выявление личностей врагов, которых после уничтожишь? Как сделали бы они сами на твоем месте?

— Это называется излишней сентиментальностью, Чико, — продолжила она менторским тоном. — Ты страдаешь ею, но тебе простительно. Пока простительно.

— Я не смогу жить, как они!.. — кулаки мои сжались от ярости бессилия. Я знал, что влез в дерьмо, но пока ещё не привык жить им.

Собеседница кивнула.

— Разумеется. Но подстраиваться ты должен. Где-то делать вид, где-то действительно находить компромисс с совестью. Но в их понятии, если ты действительно станешь львом, если станешь опасным, ты не сможешь не быть, как они. И твоя кажущаяся слабость автоматически станет ловушкой для врагов. Оно не стоит того, Хуан. Во всяком случае, лисы вроде сеньора Октавио на такой трюк не купятся.

Кажется, из моей груди вырвался обреченный вздох. Разумеется, это всего лишь слова, теория. Как оно должно быть в сферической форме в вакууме. Практика же далеко не теория, и может произойти всякое. В конце концов, не все такие умные, как лис Октавио.

Но логика сеньор аристократов тоже фактор немаловажный, и слава богу, здесь успехи очевидны.

— Интересно, когда вы сведете нас с Фрейей, Феррейра будут так же лояльны ко мне? — усмехнулся я следующей мысли. — Или всё же попытаются грохнуть?

Улыбку с лица Мишель сдуло ветром — видно этот вопрос актуален и без моего озвучивания.

— Всё непросто, Хуан, — потянула она. — Октавио просто так не подставится. Будет искать возможности сделать это не своими руками, а это задержка по времени, в течение которой мы тоже не будем сидеть сложа руки. Сын — да, тот может сорваться. Но он под колпаком у отца, тот ему не позволит. Во всяком случае, я хочу в это верить. Так что максимум, что тебе грозит, ПОКА, это мордобой. — Её уголки губ вновь разошлись в разные стороны. — Которому ты, наверняка, только обрадуешься. Так? — И коварная улыбка нагадившей в тапки кошки.