Бедный Павел. Часть 2

Судоремонтные доки закладывались в Крыму в районе Корчева[69] и Корсуни[70], где активно обустраивался наш флот, а также около бывшего Очакова. Мы намеревались строить и новые торговые гавани и стоянки боевых кораблей, многочисленные военные городки для нормального размещения частей армии и флота. Планов было громадьё. Пусть наши войска поработают для собственного обустройства, в следующем же году с деньгами должно стать легче, и мы уже сможем выделять больше средств, что позволит вести дальнейшую стройку с привлечением вольных строителей.

А для того чтобы ситуация с финансами у нас наладилась, мне надлежало активно заниматься проблемами доходов. В окрестностях Петербурга прекрасно работали императорские фарфоровый, стекольный, гранильный и шпалерные заводы. Фактически их благополучие брало своё начало в деятельности покойного Ломоносова, который наладил технологию производства, вырастил мастеров, организовал работу, да ещё и подготовил преемников для руководства мануфактурами.

Однако же в деятельности каждого предприятия были проблемы, которые мог решить пока только я, ибо настоящую замену Теплову в деловых вопросах я ещё не нашёл. Да, наш фарфор, стеклянная посуда, зеркала отлично продавались за рубежом. Но спрос на эти товары рос, и требовалось озаботиться расширением производства.

Наш фарфор набирал всё большую популярность в Европе, благодаря деятельности Лейбовича и своему качеству, с которым уже не мог конкурировать Мейсенский[71]. Европе требовалось больше нашего Виноградовского фарфора, и его туда отправляли уже за счёт продаж внутри страны. На фоне такой популярности мы могли начать там торговлю и более дешёвым фаянсом. А если учитывать тот интерес, который начал испытывать просвещённый мир к нашей системе водопровода и канализации, где немалую роль играли керамические трубы, что производились на этом же заводе, то увеличение выпуска товара было просто необходимо.

При этом фарфоровое производство начало испытывать серьёзные проблемы с сырьём. Глину для фабрики возили аж с Гжели и Чебаркуля, и транспортировать растущие объёмы материалов стало уже сложно. Необходимо было решить вопрос с переносом части производства ближе к источникам сырья, без этого увеличить выпуск было нереально. Так что пришлось отделить бо́льшую часть производства фаянса и перевести его в Гжель. При этом было непонятно, насколько нам хватит разведанных запасов белой глины.

Со стеклом ситуация также была непростая. Здесь, правда, сырья пока хватало, посуда, витражи, которые делались совместно с мозаичной мануфактурой, даже зеркала ещё спокойно производились в необходимом числе.