Вы когда-нибудь...(ЛП)

Тишина, воцарившаяся в гостиной Слизерина, буквально душила волшебницу. Услышав приближающиеся голоса, она резко дёрнулась, собираясь уходить, и в этот момент в её голову пришла блестящая идея. Блестящей она была потому, что других идей вообще не было.

Ей нужно просто вернуться. Вернуться и предотвратить уничтожение книги.

Девушка совсем не подумала о том, что во время выполнения операции по спасению она обязательно столкнётся с человеком, который желал эту книгу сжечь. Тома можно было спасти, а остальное для неё не имело никакого значения.

Единственная проблема заключалась в том, что у Гермионы не было даже малюсенького маховика времени, и она совершенно не знала, где его можно взять.

Сердце в её груди сжалось от разочарования и боли. Сдержав очередную волну слёз, волшебница быстро собрала свои растрёпанные волосы в пучок и возобновила движение по кольцевой перед камином. Ходьба хоть как-то помогала ей собраться с мыслями.

Она бы сейчас очень многое отдала за возможность поговорить с Томом, обнять и поцеловать его. И плевать, если в этот момент на них будет смотреть вся школа. Ей просто хотелось нормальной жизни, где есть просто Гермиона и просто Том, которые могут просто быть вместе и ни о чём не думать.

Взаимен такой жизни девушка имеет то, что имеет. И при этом всём она совершенно не понимает, что с этим всем делать.

Спустя какое-то время Гермиона устала ходить и резко остановилась. Решительно посмотрев на мерцающие красно-чёрные угли, она начала неторопливо постукивать ногой.

Был ещё один вариант. Заклинание, которое сотворил Дамблдор, дабы переместить Гермиону и её друзей в это время. Но сможет ли она повторить его? Ведь даже самый невероятный и могущественный волшебник её времени выглядел ужасно опустошённым после его выполнения.

«Тысяча и один способ покончить жизнь самоубийством. Глава первая. Так… — демон начал листать воображаемую книгу, периодически поправляя воображаемые очки.

— Вот тут в самом начале сказано, что если Вы хотите покинуть этот мир, то необходимо просто начать выполнение данного заклинания».

«У нас есть ещё какие-то варианты, хвостатый?» — спросил ангел, изящно выгнув одну бровь.

«Да. Можно просто пойти поспать, после чего проснуться и продолжить своё счастливое существование» — язвительно ответил демон, закрыв воображаемую книгу и швырнув её за плечо.

«Вот именно! Существование, а не жизнь!» — парировал обладатель нимба.

Согласившись со своей светлой стороной, склонной к суициду, Гермиона решительно вынула палочку из кармана. Даже не задумываясь о том, сколько волшебников пострадало только из-за того, что каждый из них допустил небольшие ошибки в выполнении какого-либо заклинания, девушка совершила первое уверенное движение палочкой, стараясь подражать директору из своего воспоминания.

«Сконцентрируйся на заклинании и не отвлекайся ни на что другое» — тихий голос Тома раздался в её голове.

Именно это он говорил ей, когда она пыталась восстановить его сломанную ногу.

— Закрыть глаза и сделать вдох… — прошептала девушка, пытаясь не поддаваться урагану эмоций, который готов был разорвать её.

— Почувствовать свою магию…

Она сможет это сделать, нужно просто полностью очистить свой разум и замедлить колотящееся сердце.

— Представить себе, что именно собираюсь сделать, — продолжила Гермиона вспоминать рекомендации, выданные ранее юным Тёмным Лордом.

Ей нужно просто поймать эту книжечку до того, как та окажется в огне.

Глубоко вздохнув, волшебница чётко произнесла:

— Impartus Infinitivum!

С грохотом, похожим на небольшой рёв, девушка превратилась в крошечное мерцающее пятнышко света и растворилась в воздухе.

Суббота, 8 января 1945, 7:10

— Так ты хочешь позавтракать сейчас или позже? — спросила Джинни, подходя к выходу из гостиной Слизерина. Поставив сумку на высокий стол из чёрного дерева, она начала складывать плащ, дабы уместить его в свою небольшую сумку для книг.

Подойдя к рыжеволосой подруге, Драко широко зевнул.

— Сейчас, — ответил он, рассеянно взъерошив рукой свои шелковистые платиновые волосы, которые, разумеется, упали так, будто их никто и никогда не трогал.

— Я умираю с голоду. Более того, я могу потерять своё страстное вдохновение через минуту, если не поем.

— Страстное вдохновение, — передразнила его Джинни, захлопнув сумку, и отбросила за спину выбившийся огненно-рыжий локон.

— Ладно, я тоже не против позавтракать.

— Уверен, ты полетишь в Большой Зал со скоростью бладжера. Все знают, что ты не можешь устоять перед бесплатной едой, Уизли.

— Когда ты уже повзрослеешь, хорёк? — закатив глаза, спросила Джинни и перекинула ремень сумки через голову.

Драко ухмыльнулся, как будто всё это время ждал этого вопроса.

— Моя дорогая, Джинерва, вспоминая меткое замечание твоего остроумного брата, могу сказать: «Я не повзрослею, а замолчу я лишь тогда, когда посмотрю на тебя, потому что…»

— «Меня затошнит». Да-да, я помню, — Джинни нетерпеливо посмотрела на настенные часы.

— Чёрт, нам нужно бежать. Мы и так уже опаздываем.