Терроризм смертников. Проблемы научно-философского осмысления (на материале радикального ислама)

Однажды случайно дочь фараона узнала о вере в Аллаха своего парикмахера, которая расчесывала ей волосы и, нечаянно уронив расческу, произнесла: «Во имя Аллаха (Бога)!». После чего женщина пояснила в ответ на вопрос своей хозяйки, имела ли она в виду ее отца: «Нет, поскольку мой Господь, так же как и Господь твоего отца, — это Аллах». Когда фараон узнал об этом, он приказал раскалить огромный медный котел и бросить туда женщину и всех ее детей. Ее дети были брошены в котел один за другим на ее глазах, после чего остались только мать с грудным ребенком. Женщина оставалась в нерешительности из-за младенца, но он вдруг заговорил: «О, мать! Прыгай (в котел), поскольку мучения этого мира легче, чем наказание в Жизни грядущей». И она прыгнула. Женщина и ее дети стали мучениками за стойкость в вере, что подтверждается преамбулой к истории этого хадиса, где указывается на высоту их положения среди обитателей рая. В начале хадиса объясняется, что пророку Мухаммаду эту историю поведал ангел Джабраил[308] в ночь вознесения (исра ва-ль-мирадж)[309] в ответ на вопрос первого, откуда исходило то приятное благоухание, которое он почувствовал во время одного из моментов ночного путешествия. Источником неземного аромата, как оказалось, были мученики.

Поскольку хадисы восхваляют вышеизложенные истории мучеников, действующие лица которых либо создают условия для своей несомненной гибели от рук других (мальчик в первой истории), либо сами бросаются в приготовленный для них раскаленный котел (огонь) под принуждением врагов (женщина-парикмахер во второй истории и одна из уверовавших в Аллаха в первой истории, бросившаяся вместе с младенцем в яму с огнем), автор документа делает вывод о том, что «жертвование собственной жизнью для возвышения слова Аллаха» достойно похвалы[310]. Таким образом, иллюстрируется дозволенность в исламе в исключительных случаях совершать действия, приближающие собственную смерть, исходя из религиозных побуждений (смерть избирается вместо отречения от веры). Что же касается хадиса про мальчика, то на его примере даже проводится малоубеждающая попытка оправдания самоубийства, когда его целью служит польза для веры.

Но что может быть общего между верующим, стойким в своих убеждениях вплоть до насильственной смерти, и бомбистом, взрывающим себя в толпе других людей? Для разрешения этого противоречия автор религиозного постановления обращается к другому разряду ха-дисов, описывающих истории гибели храбрых сподвижников Мухаммада во время джихада в первые века ислама.

3. Разрешенность атаковать врага в одиночку при несомненном риске для жизни, основанная на хадисах о сподвижниках Мухаммада, сознательно стремившихся к мученической смерти в битве с неверными.