The Мечты. Соль Мёньер

Вот и сейчас он внимательно следил за выражением ее лица и всерьез ждал, что же она скажет.

- Когда заявил? – опешила Таня, не зная, чему удивляться больше. Тому, что версия о ее шашнях с поваром превратилась в свадьбу, или тому, что они говорят об этом только сегодня, а не три дня назад.

- Только что. Он мне звонил полчаса назад, джаным. И сказал, что твой отец звонил ему и обвинил в том, что я злонамеренно пытаюсь жениться на тебе. Соответственно, у меня вопрос, что же я все-таки натворил, что меня уволили, потому как ничью яичницу я правда не пересаливал. А все остальные версии выглядят как твой Азул для не умеющего играть. Разрозненные фишки, которые непонятно как сочетаются между собой.

- А до этого он что говорил? – все еще не понимала Таня. Она присела к столу и задумчиво смотрела на Реджепа.

- А что он должен был говорить? Я даже не знал, что у них с твоим... высокие отношения! Я с ним общаюсь раз в месяц в лучшем случае. Ну и на Байрамы – это святое.

- Блин, какое-то всеобщее помешательство, - выдохнула она. – Ну вот как так можно! И ладно мама, но папа!

- Джаным, скажи, пожалуйста, вот твой отец, он мог вообще предположить, что я сын его злейшего врага? А? Или он каждого человека, кто к нему устраивается, проверять будет теперь?

- Его мама накрутила.

- А маме-то до меня что?! Чем я ей не угодил?

- Вероисповеданием! – буркнула Таня и мотнула головой. – Давай есть! А то у меня от них аж живот разболелся!

- Да, садись, - согласился Реджеп, соображая, что же такое она сейчас сказала, и что именно имела в виду. Попытался не заморачиваться, и подкрепил свои попытки выкладыванием азу на красивые цветные тарелки в турецком стиле, но немецкого производителя керамики. Поставил все на стол, присовокупил к имеющемуся овощной салат и бутылку сухого вина, раз водку джаным не уважает, а потом все его усилия пошли прахом, и он в сердцах воскликнул:

- Да какое у меня вероисповедание, джаным! Если я через слово вспоминаю Аллаха, и мне в детстве сделали обрезание, то это еще не значит, что я в принципе религиозен! Посмотри на меня! Я вырос в Солнечногорске, какой, к черту, ислам!

- Вот ты правда хочешь сейчас об этом поговорить? – усмехнулась Таня. Вспомнила про хлеб и принялась увлеченно его кромсать.

- Нет. Считай, меня задело за живое. С чего вдруг я для тебя плох? 

- Ты сейчас о чем? – она отложила нож и удивленно воззрилась на Реджепа. – Я поговорю с отцом, правда, и смогу убедить его, что он не прав.

- Мне прямо интересно, какие аргументы ты приведешь, чтобы он тебе поверил. Ты сама-то уверена, что он не прав?

- Я знаю, что он не прав. И я ему об этом говорила.

Знает она! Реджеп буквально готов был еще пару раз лбом о столешницу, но и на сей раз этого не сделал. Спросил только, поставив на стол бокалы:

- Попробуешь? Это мое любимое.