С привкусом кофе (СИ)
- Автор: Немая реальность
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «С привкусом кофе (СИ)». Краткое содержание книги:
Это был очередной завтрак в кафе отеля. Томас ещё не пришел, и мы все дожидались его, чтобы приступить к еде. Несмотря на ранний подъём, солнце уже нещадно палило — мать была в шляпе и солнечных очках. В то утро я чувствовала некий прилив бодрости и практически не возмущалась из-за дурацкого правила насчет еды. Я заказала холодный мятный кофе и вафли, по которым уже растекался растаявший пломбир. Крис как обычно сидел рядом со мной. Он пришел самым первым и, несмотря на данный факт, кажется, был в хорошем расположении духа. Всё казалось каким-то странно эфемерным, потому что даже Элиза была, кажется, весела. Она поднялась со своего места, чтобы выглянуть в проход и отыскать глазами Томаса, но его не было на горизонте. Мы завтракали на балкончике почти у самого края, поэтому женщина упёрлась руками в деревянную балку и встала позади меня, дожидаясь Шистада. Я пальцем тыкнула в мороженое и лизнула его, чувствуя, как желудок приветственно отзывается на мои действия. Именно в этот момент мама наклонилась, чтобы посмотреть, что я делаю.
— Не облизывай пальцы! — кажется, именно это она сказала мне. Не знаю, в какой момент мой телефон оказался в руках Шистада, но в следующую секунду я подняла на него глаза, а губы растянулись в этой половинчатой улыбке.
— Отдай, — сказала я парню, на что он пожал плечами и протянул мне мобильник.
Я и не знала, что он сделал фото.
Всё это было ещё до того, как наши отношения усложнились одним инцидентом. До того, как я узнала, что Шистад пристрастен к наркотикам. Хотя, будь я чуть внимательней, уже тогда заметила бы что-то неладное в его поведении. Если так подумать, весь отдых он вёл себя странно, а, углубляясь в воспоминания, я могу точно сказать, когда он был под кайфом. Когда это началось? На Сицилии или раньше? Вопрос был сложным, потому что большую часть времени я так тщательно старалась игнорировать Шистада, что даже не обращала внимание на то, как он выглядит и как ведёт себя. Да и как я вообще могу судить, если не знаю, что в его характере. Он всё время странный, а от чего зависит уровень его странности довольно сложно сказать.
Закрываю галерею и перевожу взгляд на дверь. Сейчас большая перемена, а значит большинство студентов направились в кафетерий, чтобы перекусить. Мой живот тоже отчаянно требует еды, но выходить на улицу совершенно не хочется, поэтому решаю подождать до конца занятий. Бодвар обычно приходит за пятнадцать минут до начала урока, а потому ещё слишком рано для его появления. Эмили ничего не написала, поэтому делаю логичное предположение, что она тоже отправилась на обед. Коридор пуст. Я со вздохом опускаю на пол у двери и спиной приваливаюсь к стене. Откидываю голову назад, кожей ощущая холод бетона, и решаю немного отдохнуть от шума извне. Обдумываю свои планы на сегодняшний вечер и с удовольствием осознаю, что смогу расположиться где-нибудь в гостиной, а не отсиживаться в своей комнате. Я могу заварить огромную кружку «Апельсинового рая» и отдаться чтению «Маленьких женщин». Плюсом начала нового триместра служит то, что учителя не успели задать много домашней работы, и я могу не тратить всё своё время на выполнение заданий. Не то чтобы «Маленькие женщины» не были домашней работой, но книга хороша, а потому проще воспринимать это как приятное времяпрепровождение.
— Кажется, коридор не твоя собственность, — голос звучит откуда-то сверху, отчего я издаю раздраженный стон.
— Проблема? — приоткрыв глаза, смотрю на возвышающуюся фигуру Шистада. Его голова слегка наклонена, и тень, падающая на лицо, придаёт некую болезненность бледному лицу. Несмотря на расслабленное выражение, я вижу, что парень ссутулен и зажат. На нём черная толстовка, та, которую я недавно видела, руки спрятаны в карманы, а из уха торчит кончик сигареты. В общем, Крис производит впечатление уставшего человека, что отнюдь не вызывает во мне жалости, а скорее приступ раздражения. Оглядев пространство вокруг, я отмечаю, что большая часть коридора всё же свободна для прохода. Вопросительно выгибаю бровь и жду, когда Шистад полностью осознает глупость сказанного. Он передёргивает плечами и вместо ответа ухмыляется.
— Выглядишь отвратительно, — Крис произносит это ровным, ничего не выражающим тоном, отчего его слова не кажутся обидными, скорее просто констатируют факт.
— Не хуже, чем ты, — поддеваю в ответ. Мне сразу становится легче от возвращённой колкости.
Парень продолжает стоять, глядя на меня с высоты своего роста. Причин для разговора у нас нет, но он всё равно не уходит, вызывая во мне внезапный приступ раздражения.
— Что-то ещё? — вкрадчиво интересуюсь я, намекая на то, что парню следовало бы ретироваться.
— Вообще-то да, — отвечает Крис, слегка наклоняя голову ко мне, отчего его тёмные волосы падают ему на глаза, отбрасывая тень.
— Ну? — терпеливо бросаю я и поднимаюсь с пола, чтобы не смотреть на парня снизу вверх, что, к слову, не сильно помогает.
— Поскольку я остался единственным взрослым в доме… — начинает Шистад, скалясь.
— Чего? — я тут же перебиваю, возмущённая.
— …то я не хочу, чтобы ты задерживалась… — продолжает он.
— Чего?! — снова восклицаю я.
— …или опаздывала в школу, — произносит парень, не обращая внимания на мои протесты.— Элиза попросила присмотреть за тобой, поэтому будь добра и делай всё, что я скажу.
— Надеюсь, ты скажешь мне выйти в окно, — обиженно цежу я и с силой дёргаю сумку на своём плече.
— Как вариант, — Крис слегка наклоняет голову и снисходительно растягивает губы, пока я борюсь с желанием не врезать ему куда-то в область переносицы.
— Моя мать оставила меня на попечение наркомана, как прекрасно, — уязвлённо говорю я, не успев подумать над словами.
Крис тут же хватает меня за руку и больно толкает к стене, отчего я, как тряпичная кукла, дёргаюсь и ударяюсь спиной. Шистад оказывается в опасной близости к моему лицу, его ладонь с едва ощутимой силой сжимает моё запястье, и я в тысячный раз думаю о том, что он опять меня схватил. Его запах: кофе, никотин и совсем гель для душа — обволакивает всё моё существо, проникая в легкие и оседая дымкой. Я глубоко вдыхаю этот концентрат и судорожно выдыхаю куда-то в область его шеи. Как завороженная, наблюдаю за тем, как покрывается его кожа мурашками в том самом месте. В ушах шумит кровь, всё тело покалывает от этого пьянящего расстояния: оно слишком маленькое и большое одновременно. Моя грудь упирается в его грудную клетку, а рука зажата между его и моим бедром. Кончиками пальцев я чувствую плотную материю его чёрных джинсов. Приподнимаю взгляд, скользя глазами по твёрдой линии подбородка, слегка приоткрытым губам, носу и наконец достигаю глаз, коричневых с зелёными вкраплениями, тёмные зрачки слегка расширены, и на задворках моего сознания мелькает мысль о том, что это ненормально. Шистад с кропотливой внимательностью изучает моё лицо, от его взора кожу покалывает, и я чувствую каждую пору. Он слегка наклоняется — всего пара миллиметров, — и его дыхание — сигареты и кофе — обжигает мои губы. Я моргаю, но не отвожу взгляд и будто в замедленной съемке вижу, как рот Шистада накрывает мой. Тело прошибает током от этого лёгкого прикосновения, чувства обостряются. Я слегка приоткрываю рот и, высунув язык, облизываю его губу. Крис в ответ рычит и прикусывает мою нижнюю, углубляет поцелуй, проникая в мой рот — я плавлюсь в его руках. Что-то внутри меня пульсирует и кричит, умоляя прижаться ближе к крепкому телу напротив, и я стремительно разрываю это ничтожное расстояние, подавшись вперед. Моя рука, зажатая между бёдер, выскальзывает и прижимается к прессу парня. Даже сквозь ткань толстовки ощущается рельеф его мышц. Другую ладонь Шистад не выпускает из захвата, лишь перемещает кисть, сплетая наши пальцы, отчего у меня подкашиваются ноги, внизу живота становится жарко. Его рот горячо обхватывает мои губы, кусает и тут же зализывает раны, оттягивает и вбирает в себя, исследуя, пробуя на вкус. Это всепоглощающее касание, бешеное движение, обволакивающее действие. Я теряюсь, таю и растекаюсь лужицей где-то в ногах Криса. Мысли вылетают из моей головы со скоростью света, оставляя лишь пустое пространство в черепной коробке, но сама я превращаюсь в оголенный электрический провод, реагирующий, отчетливо чувствующий каждый сантиметр нашего соприкосновения.