Каратель

На самом деле я не планировал ехать на машине к пирсу и покидать Синоп на предложенной турецкой стороной катере. На фига?! У меня есть свой план, опять же мы не просто так заказали целую тонну взрывчатки. Напомню, что изначально, еще на том самом митинге, когда я накуренный кричал патриотические речухи, было провозглашено, что мы дадим туркам такой урок, который они так просто не забудут и тысячу раз подумают перед тем, как нападать на русские поселения. Для этого нам и нужна тонна взрывчатки!

— Ну, что у вас все готово? — спросил я у Мислава и Михаила.

— Да, командир, все готово, — ответил Михаил. — Брат спрашивает, а нельзя ли ему лично убить Ахмеда? Мы считаем, что просто взорвать его — это слишком легкая смерть для такого мерзавца.

— Так, вы давайте мне без самодеятельности, по плану, Ахмед должен быть живым и примотанным к крыше машины. Ну, если хотите, отрежьте ему руку или там ткните ножом в глаз. Короче, что хотите с ним то и делайте, но, когда будете привязывать его к кузову заминированного грузовика, он должен выглядеть живым. Ясно?

— Договорились, будет как живой, ножками-ручками будет дрыгать и даже мычать сквозь кляп, — хищно улыбнувшись ответил Миха.

— Вы же понимаете, что вам это так просто с рук не сойдет, — обессиленным голосом поинтересовался Визирь. — Вы будете прокляты! Смерть настигнет каждого из вас!

— Все мы смертны, и каждый из нас так или иначе, рано или поздно умрет, — равнодушно пожал я плечами, игнорируя проклятья Визиря.

Выглядел великий и ужасный Визирь, он же Абдул-Меджит, весьма плачевно, от всего его лоска и величия не осталось и следа, сейчас он был похож на бомжа из подворотни. От него явственно разило мочой и блевотиной. Одежда была вся в грязи и изодрана. Кожа на лице приобрела серый, землистый цвет, а борода слиплась сосульками от натекшей из разбитый губ крови, еще старик лишился передних зубов и одного уха. Пришлось поторопить его помощников, которые слишком медленно выполняли наши требования, а потом еще возле занятого нами дома, внимательный Серега заметил какое-то подозрительное движение. Это были люди Ахмеда, которые хотели начать штурм и отбить своего главаря, но были нами замечены, и Визирь лишился уха. В итоге, между военными Визиря и бандой Ахмеда произошла короткая стычка, в которой погибли по несколько бойцов с каждой стороны, но зато, в стане врага было достигнуто взаимопонимание и люди Ахмеда, временно согласились выполнять условия кадровых военных.

К слову, Ахмед держался молодцом, головорез видимо понимал, что его песенка спета и никто его не отдаст живым, поэтому он пытался сохранить лицо истинного воина. Получалось, правда, у него плохо, боль бородач переносил плохо.