Кьяра и Франческа, или Бал для Золушек

— Нет, — покачал головой Лодовико.

— Значит, если до утра никак себя не выдаст — будем искать.

— Помощь нужна? — спросила Элоиза.

— Если не справимся сами. Это грязное внутреннее дело службы безопасности. Я надеюсь решить его обычными методами, — Себастьен снова смотрел куда-то внутрь себя.

Вдруг приехавшее такси породило из своих недр девушку. Миниатюрную блондинку с золотыми локонами и необыкновенно зелёными глазами. При ней был большой серебристый чемодан и небольшой футляр со скруглёнными углами.

— Здравствуйте, — сказала девушка по-английски. — Я могу поговорить с господином Гаэтано Манфреди?

Сидевшие на посту Уго и Марко переглянулись — они разобрали только имя.

— Гаэтано сейчас эту красотку от родной бабушки не отличит, — заметил Уго. — Сударыня, вы говорите по-итальянски?

По опечаленному виду красавицы было понятно, что не говорит.

— Эй вы, бестолковцы, неужели непонятно, что девушке нужна помощь? — со стороны мастерской подъехал Артуро и к удивлению обоих стражей, заговорил с девушкой на английском языке. Девушка сначала обрадовалась и прямо засияла, а потом сникла и чуть не заплакала.

— Эй, Артуро, ты чего девушку расстраиваешь? — нахмурился Марко. — Так мы сейчас кого другого поищем, кто сможет с ней объясниться! Ей вообще что нужно-то?

— Она, знаешь ли, музыкант, играет на скрипке, и Гаэтано пригласил её вместо кого-то там, я не в теме. Только всех других музыкантов предупредили, что у нас апокалипсис, а эта девушка ехала издалека и не в курсе вопроса.

— Гаэтано ей сейчас точно не поможет, — Уго нахмурился, — но кто-нибудь же у нас учился в школе хорошо?

— Да наверх её нужно, к начальству, — сказал Марко. — Кто тут у нас поблизости? Эмилио, быстро сюда! По-английски говоришь? Нет? Ну и зря. Бери вещи этой девушки и провожай её в «сигму», там начальство заседает.

Мрачное молчание прервал стук в дверь. На разрешение войти появился Эмилио, с ним была никому не известная прелестная девушка, она чуть не плакала.

— Эмилио, негодник, кто девушку обидел? — ворчливо начал Варфоломей. — Иди сюда, дочь моя, садись и рассказывай, — кивнул он на свободное кресло.

— Она говорит только по-английски, — сообщил Эмилио и сбежал.

— Кто вы, сударыня? — Элоиза решила, что нужно подключаться.

— Есть хотите? — хором спросили Анна и Кьяра, переглянулись и улыбнулись.

— Я музыкант, я играю на скрипке. Господин Манфреди пригласил меня, он сказал, что нужно играть на празднике. Мы в последний раз созванивались утром, я обещала приехать к вечеру. Я ехала автобусом, через Геную. И вот я приехала, а мне говорят, что господин Манфреди болен, а никакого праздника не будет.

— Понимаете, сударыня, у нас действительно должен был быть праздник. Но сегодня случился форс-мажор, и судьба этого праздника пока не определена, — Себастьен даже вроде бы очнулся от своего молчания.