Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

— Получается, что из всех потомков Менюшек остался один прилизанный, значит, ему и следует отдать сокровища.

Тереса ужаснулась:

— Этому бандиту? Убийце?

— Но ты же сама на этом настаиваешь!

Мамуля с недоумением смотрела на нас:

— Да что вы хотите отдавать? Ни у Франека, ни у нас никаких сокровищ ведь нет.

— И ты думаешь, он этому поверит? — не уступала Люцина. — Приехал за своими сокровищами и твердо намерен добиться своего. А если даже и поймет, что их нет, что наши предки их растранжирили — поубивает всех нас в отместку.

— Теперь уже не подлежит сомнению связь прилизанного с Менюшко. Он интересовался Станиславом Менюшко, он интересовался нами, он выкрал у Франека наш адрес в Тарчине, всех нас разыскал, добрался даже до Тересы в Канаде, приехал сюда. Станислав Менюшко мертв. Мы не знаем наверняка, что его убил прилизанный, но наверняка знаем — прилизанный его разыскивал. Очень может быть, несчастный покойник выкрал у него наши адреса для того, чтобы предупредить нас… Возможно, именно за это он поплатился жизнью… — рассуждала я.

Тайны предков совершенно неожиданно обрушились на нас, холодным ужасом повеяло в дотоле спокойном доме. Казалось, мы слышали чей-то издевательский потусторонний смех, кто-то из могилы взывал к отмщению. Дядя Антоний на смертном одре пытался передать сыну страшную тайну, пытался сбросить тяжкий груз с фамильной совести. Несомненно, часть этой тяжести лежит и на нас. Да что там часть, добрая половина!

— А нос у него точь в точь, как у Никсона, — ни с того, ни с сего сообщила Тереса.

Мамуля попыталась успокоить нас:

— Иоанна, ты серьезно так думаешь? Но ведь если бы он хотел с нами расправиться, уже попытался бы. Смотрите, сколько времени прошло, а нам он ничего не сделал.

— Может, просто не предоставлялся случай! — пробурчал Марек.

— И что же, сейчас притаился на лестнице? — встревожилась мамуля.

—..л по очереди передушит всех, выходящих из твоей квартиры, — дополнила я. — Выкрутит лампочку и в темноте… А до сих пор все еще надеялся, что мы добровольно вернем ему ценности.

Люцину явно вдохновила развернутая мною мрачная перспектива. Вскочив с места, она радостно вскричала:

— Слушайте, наконец что-то происходит! Ай да предки, надо же, невероятная история! Немедленно возвращаемся в Волю!

И она принялась убирать посуду со стола. Тересе, напротив, перспектива быть задушенной вовсе не понравилась.

— С ума сошла! — недовольно произнесла она. — Сама полезешь волку в пасть? Ближе к болотцу, где одного уже прикончили?

— Не трусь! Ведь ясно же — что-то вокруг нас происходит, вернее, вокруг нас и поместья наших предков в Воле, все там крутятся. Надо же узнать — почему? А сидя здесь, мы ничего не узнаем, Иоанна вольна выдумывать, что в голову придет, но это одни лишь выдумки. Я еду, а вы как хотите!