Единственная для Демона

***

Я шла мимо витрин магазинов, мимо снующих туда-сюда людей, их разговоров и проблем – я шла мимо их жизни, также, как и они – мимо моей. Кому вообще есть дело до чужой жизни?

Молодая девушка ведёт ребёнка за руку, а у того глаза на мокром месте. Игрушку не купила? Плохо вёл себя и получил выговор? Почему он расстроен? Я заглянула в голубые детские глаза.

(Почему папа так и не пришёл? Он совсем не любит нас с мамой?)

Перевела взгляд на девушку в летнем платье.

(Какой же он козёл! Ненавижу его! Не смог оставить свою курицу даже в день рождения сына!)

В висках зазвенело. Голова на мгновенье показалась непосильной ношей. Пришлось присесть на ближайшую скамью. Несколько раз вдохнув и выдохнув, я посмотрела на спины удаляющихся невольных "палачей".

Как… как такое возможно?

Я снова обратила внимание на проходящих мимо людей. Присмотрелась к юному пареньку в джинсах и серой футболке.

(Не поступил! Отец прибьёт меня!)

Голова закружилась. Я зажмурилась, стараясь переварить произошедшее. Я слышу мысли этих людей?

– Изучаешь новые таланты?

Вздрогнув от неожиданно прозвучавшего голоса, я открыла глаза. Рядом со мной сидел светловолосый парень в белой рубашке, светло-голубых джинсах и сандалиях. Он расслабленно откинулся на спинку скамейки.

– Привет, – поприветствовала, не скрывая улыбки. Я была рада увидеть вновь этого парня. После того дня, перед праздником, мы не встречались. Да я, если честно, не была уверенна, что Кузьма отпустил его. – Как ни странно, но я рада тебя видеть.

– Вот как? – бархатистый тихий смех коснулся моего слуха. – Меня радует, что с тобой всё в порядке.

Сделав глубокий вздох, я ответила, как можно спокойнее:

– На самом деле в тот день мне ничего не угрожало. Спасибо, что попытался меня защитить, но ответь зачем? Ты рисковал собой. Ради чего?

Он медленно повернул голову, заглядывая в мои глаза. Не торопясь с ответом, подбирал слова. На его невозмутимом лице не дрогнул ни единый мускул.

– Ева, скажи, тебе ведь известно с кем ты тогда проводила время? Ты знаешь о том, что они не являются простыми людьми?

Я почувствовала лёгкое напряжение. Выразительнее сосредоточив взгляд на парне, медленно кивнула.

– А кто я? Ты тоже знаешь? – в голубых глазах мелькнула тревога.

– Мне об этом никто не говорил, но думаю, что поняла это ещё впервые встретив тебя в книжном.

– Я ни один из них. Я с другой стороны. – Еноха оглянулся по сторонам. – Не знаю насколько много тебе известно, но Астарот очень опасен. Он не знает, что такое сострадание и сожаление. Всё людское ему чуждо и презрительно. Его известнейшая свита безжалостна, до безобразия нечестива, и поверь, нет в мире такого бассейна, края которого, смогли бы удержать хоть часть той крови, что была ими пролита.

В мои виски ударила неприятная пульсация. Я не хотела слышать этого. Сжимаясь внутренне, я продолжала смотреть в голубые глаза. Убеждала себя, что не сломаюсь, выдержу. Я должна знать все его тёмные тайны. Но Виктор… Клавдия… неужели они настолько потеряны?

– Так было раньше, – вдруг сказал Еноха. – Той свиты больше нет… за одним исключением.