Жизнь после смерти. 8 + 8
- Автор: Лян Гэ, Драгунский Денис Викторович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Время
- ISBN: 978-5-9691-2240-6
- Переводчик: Ксения А. Балюта
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Жизнь после смерти. 8 + 8». Краткое содержание книги:
— Ты что?! Убьешь! — закричала она.
— Так я и хочу убить эту тварь!
Мать стала вырывать у него коромысло:
— Да что ты! Ты же, если ее убьешь, своими руками будешь и могилу рыть, и дочку хоронить!
Но отец уже ничего не соображал: он колотил девушку кулаками, пинал ногами и орал: «Урою, гадина!»
Мать добавила:
— Мутузил он ее страшно, взаправду хотел убить. Я там чуть со страху не померла. Вижу — совсем обезумел. Я уж кричала ей: «Беги!» — а сама пыталась удержать…Но она убегать не стала. Только приподнялась чуть-чуть, подняла глаза на отца и спокойно-спокойно стала уговаривать ее не бить, мол, она и так умрет. Так и сказала: «Лучше смерть, чем такая жизнь». Мы все поразились ее хладнокровию. После этих слов отец произнес еще одну фразу, а потом ушел наверх спать.
Что сказал? А вот что: «Если не назовешь мне имя этого подонка — лучше б ты и правда умерла, вот тут, у меня на глазах».
Дочь ответила: «Значит, другого выхода нет!»
«Ну и помирай!» — выругался отец и ушел.
Сколько раз он сказал ей эти слова? Не раз и не два: твердил, пока шел по лестнице, повторил, когда уже поднялся наверх… Потом он лег спать, но не мог уснуть из-за горького плача дочери внизу. Он этого не вынес, встал, спустился обратно и снова обругал ее. И вот тогда-то он и сказал самое страшное: «Чего рыдаешь, думаешь, твои сопли что-то исправят? Да я успокоюсь, только когда ты сдохнешь!»
Вот почему отец признал вину в ее смерти и никакой компенсации требовать не стал — считал, что это ему положено оплатить нам моральный ущерб. Но при этом заявил: «Пока я жив, я обязан выяснить, спала моя дочь с кем-то или нет!»
— Вот теперь я думаю, — добавил он, — что на самом деле она ни с кем не спала! — и зарыдал.
Плача, он достал какую-то бумагу и протянул мне — это была предсмертная записка дочери.
Я развернул листок — там было всего несколько строк:
«Папа! Меня обвинили несправедливо. Когда я умру, ты должен добиться в военной части правды. Я невиновна».
— Я, еще когда шел наверх, подумал об этом, — признался отец. — Ну слишком яро она все отрицает, может, действительно невиновна? Понимаете, она робкая, замкнутая, как говорится, кроткая как овечка. Всегда и во всем слушалась старших — не то что иные, без царя в голове. Да и если действительно было, она не выдержала бы и созналась — уж как я ее ругал, как бил…
— Когда этот старый дурак ушел наверх, я хотела поговорить с дочкой, но она была просто сама не своя, ничего от нее было не добиться — отец так ее напугал, что девочка даже обмочилась. Однако продолжала твердить одно: ни с каким «подонком» не спала. Я ее спрашиваю уж и так и эдак, а она отвечает: «Не было, не было!» — словно ума решилась. Я знаю свою дочь, — заявила мать. — Да будь она смелей в сто раз — не пошла бы на такое. Если и правда произошло то, о чем вы говорите, — тут дело нечисто! Значит, она сама не поняла, что с ней произошло.
Эта женщина, робкая и скромная на вид, говорила ясно и уверенно, видимо, решимости у нее было побольше, чем у мужа.
— Мы вчера поговорили с женой, — продолжил отец, — и я стал еще сильнее сомневаться. Ну а вдруг все-таки несправедливо обвинили? Тогда и решил: схожу в отдел народного ополчения, поговорю. Кто ж знал, что она всерьез про умереть-то! — Тут он вновь зарыдал, мол, своими руками сгубил ребенка. Он все порывался обнять тело дочери.
— Доченька моя, дочка! Ты невиновна! Папка виноват перед тобой, загубил тебя, — причитал он. — Но сегодня я добьюсь правды, пусть они проверят, пусть вот прямо тут посмотрят, что же у тебя не так…
Он хотел, чтобы мы осмотрели труп! Никто не ожидал, что родные умершей такого потребуют.
Это не то чтобы неразумно — да просто глупость, полнейшее невежество! Это ж не просто штаны спустить, зад заголить — это ж выставить на всеобщее обозрение, как говорится, все грязные секреты.