История казни

— А ты?

— Не кощунствуй над революцией, Кобыло! Не в том дело, что хочешь сделать, а в том, чтобы поступать согласно законам её. Азбука революции должна соблюдаться; азбука нам говорит, что надо делать, а что не надо. Смотри, человек, благодаря своим тайникам, думает одно, говорит другое, а делает третье! Вот три ипостаси! Его триединство! Вот, вот, вот! Понял? Вот что приводит к неслыханным бедствиям человечество! Вот! Такая вот козявочка, слизь по сути, гм! Дела! А посмотри, как ведёт себя ехидненько в мире житейском: обманывает, мыслит, делает! И всё по-разному, по-иному, не считаясь с азбукой революции. Она заключена в полной и абсолютной свободе, верности, открытости, уничтожении тайн всяческих, чтобы идти с душою ребёнка к вершинам всемирного коммунизма! А? Понял? Все прошлые века страдали слабостью. Но у меня есть план полного очищения всех человечков, их душ. Я — великий чистильщик революции. Как? Операцию сделать, умрёт человек; надо, чтобы верные люди жили. Значит, нужен ходатай к душам. Нужен в смысле общем. Понял? Старой России необходима большая чистка, и огромная, — чтобы человек стал чист, как стёклышко, дорогой товарищ! В том будет его счастье, ибо будущий человек — без тайн, без триединства, без старых глупых всяких примет цивилизации. Ты понимаешь, что в слове «цивильный» есть запашок гниения? Гниения человечества, которое принесёт неисчислимые бедствия для всех. Но для того нужно очистить всё человечество, особенно русское население от всяких наслоений. Как в душу заглянуть? Вот вопрос вопросов, который если разрешить, то можно решать кардинальнейшую проблему огромного человечества. В нашей стране большого будущего, семье трудовой, полной будущего, необходимо учить азбуке революции. Корень всего — в тайне. Понял?

— Чепуха всё это, товарищ чекист, — продохнул убеждённо Кобыло.

— Нет, не чепуха, а самый смак, самое зёрнышко неожиданных движений людей, самый тот рычаг, что определяет весь потенциал души человека, он-то главная козявочка, тот самый, — с каким-то сатанинским блеском в прищуренных глазах говорил чекист. — Не понимаешь! Не просветлела твоя ещё душа революционной волной. Но выветри всё лишнее, грубое, ненужное, оставь одну музыку революции. В том главное. Надо сделать, чтобы каждый помогал другому в этом: отец сыну помогал доносом, брат помогал брату — доносил. Это же благородное дело большое прошлось бы очистительным ветерком, как победный марш, над душами всех слизнячков, ковырявшихся столетиями на планетке. Рим! Париж! Это что? Там не знали ничего, а лишь жрали, ели, пили, блевали! А кто будет очищать души от той заразы, от скверны? Мы! Революционный ветер мы создаём. Мы судим!