Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Молодой человек, вы хам! — несдержанно воскликнула она с побледневшим от злости лицом.

«А ты шлюха», — подумал Гарри, и этот ответ отчётливо можно было прочесть в его глазах.

Снейп схватил его за плечо и утащил в угол, оставив Нарциссу и Драко в недоумении глядеть им вслед.

— Поттер! Я в последний раз вас предупреждаю! Ведите себя прилично!

Гарри с трудом сдержал смех. Всё-таки Снейп был очень необычным человеком. Ну как он мог бы его, Гарри, остановить?

— Да что я такого сказал? Я не виноват, что ей не по нраву мои комплименты.

Снейп окончательно рассвирепел.

— Самовлюблённый, наглый мальчишка! Вы считаете, что все должны целовать вам пятки, вообразили себя местным божком! Вашей пустой голове незнакомо слово «воспитание»! Убирайтесь! Сгиньте отсюда! Поезжайте домой и оставьте меня в покое, наконец!

Обескураженный, Гарри выслушал эту тираду. Обычно сдержанному Снейпу осталось только воздеть руки к небу и воззвать к высшим силам, чтобы Гарри провалился в тартарары.

— Не кипятись, пожалуйста, — сказал он как-то жалобно. — Я был неправ. Хочешь, я извинюсь перед ней? — он кивнул в сторону Нарциссы.

— Нет уж! Представляю, как будут выглядеть ваши извинения. «Простите, не знаю, почему я подумал, что вы похожи на печень трески, а эти полудохлые розы совсем не ассоциируются у меня с вашим лицом».

Гарри фыркнул.

— Ты быстро учишься, профессор. Классные у тебя мозги.

Он открыто, нежно улыбнулся Снейпу, давая понять, что уж этот-то комплимент был точно без подвоха. Гарри было неловко. Хотелось, чтобы его слова искрились остроумием или красивостью, но прозвучала ерунда. Он весь будто съёжился изнутри, желая скомкать свои слова и сжечь их, как бумажку на свечке. Он отвернулся, разглядывая толпу, и добавил, бормоча почти смущённо:

— Скоро закончится эта ярмарка? Я люблю тусовки, но не такие напыщенные.

Снейп явно разделял его взгляды, поскольку на лице его промелькнуло усталое, обреченное выражение.

— Часа полтора придётся ещё здесь пробыть.

— Познакомь меня с вашим Волдемортом! — Том Риддл весьма интересовал его.

Они подошли к другой группе у возвышения. Гарри заметил Люциуса Малфоя и обратил внимание на единственную среди мужчин женщину, одетую в длинное чёрное платье, завораживающую роковой, глубокой красотой. Невольно он залюбовался её томными, бархатными глазами. Вьющиеся тёмные волосы рассыпались по её плечам, несмотря на то, что среди артисток было принято их закалывать.

Снейп обменялся со всеми парой вежливых фраз и представил своего племянника целой куче народу. Благодаря цепкой памяти, Гарри легко запомнил всех, отметив про себя туповатый взгляд Крэбба, нервный — Яксли, тяжёлый — Антонина Долохова и какой-то рыбий — Рудольфа Лестрейнджа. Узнав, что эта femme fatale, Беллатриса, — его жена, Гарри не смог сдержать удивлённого возгласа. Что могло связывать такую пылкую на вид женщину и подобного тюленя, Гарри не понимал.

— Северус, пробуешь себя в новом амплуа? — разглядывая Гарри, спросила Беллатриса. Её глубокий голос, певучий, низкий, выразительный, очень подходил ей.