Чахотка. Другая история немецкого общества

Одновременно режим национал-социалистов предоставил медикам невиданную доселе исследовательскую свободу. Прежде опыты проводились на мышах, кроликах и морских свинках, теперь разрешено было экспериментировать на людях, на пациентах больниц и лечебниц, на узниках концлагерей и военнопленных, в том числе — на детях.

Позволено было всё. По приказу врача пациентов могли расстрелять для того, чтобы доктор потом исследовал раны и повреждения. Или пациентам специально ломали кости, чтобы потом наблюдать за сращиванием[891]. Лагерные врачи исследовали на заключенных действие горчичного газа, изучали различные виды некроза, замораживания, сыпного тифа и других смертельных болезней[892]. Непоправимый ущерб здоровью или гибель пациента были заранее известны экспериментаторам. Подопытных убивали, вскрывали, расчленяли на медицинские препараты для дальнейшего использования в науке.

На людях ставили опыты и с туберкулезом. Врачи по-прежнему лихорадочно искали способы лечения и лекарства против этой болезни, обращаясь за поддержкой к политикам и партийным функционерам. Чахотка наносила колоссальный урон экономике и благосостоянию населения. В 1935 году президент Рейхскомитета по изучению туберкулеза Отто Вальтер заявил о 300–400 тысячах больных с «открытой формой» и минимум 1 миллионе «подверженных туберкулезу», то есть инфицированных с неактивной формой туберкулеза. Из-за нетрудоспособности, вызванной туберкулезом, в год выпадало 125 миллионов рабочих часов, ущерб национальной экономики составлял около 175 миллионов рейхсмарок в год[893].

Диагностика туберкулеза значительно продвинулась вперед благодаря массовым медицинским обследованиям и рентгенографии, но терапия осталась примерно на прежнем месте. Режим требовал от науки решения — иммунизации, вакцинации, лекарства. Чтобы добиться хоть какого-то прогресса, стали ставить опыты на людях — на пациентах больниц, в том числе детских, на душевнобольных и инвалидах. В педиатрических отделениях для детей-инвалидов процветала детская эвтаназия и эксперименты на детях.

Педиатр Георг Бессау, исследователь туберкулеза и главный врач клиники «Шарите» в Берлине, в детском отделении на севере столицы проводил эксперименты по иммунизации от туберкулеза[894]. В 1942–1943 годах там ввели неизвестный препарат минимум 19 сиротам в возрасте от 2 до 14 лет. Не менее 9 из этих детей умерли спустя несколько месяцев от последствий укола. Точное число жертв эксперимента неизвестно[895]. Сохранившиеся истории болезни свидетельствуют о неописуемых страданиях подопытных детей.