Балканская звезда графа Игнатьева

Утром на следующий день Никита проснулся ни свет ни заря. Но его ждало страшное разочарование: жучки, ползающие в баночке, утратили свой сказочный облик, превратившись в неприметные создания.

— Фу ты, чёрт! — шумно выдохнул Никита. — Это же обычные, не нужные никому серенькие жучки, и более ничего!

Огорчённый унтер вытряхнул жучков за палаткой на траву, надеясь, что те проветрятся, обсохнут на солнышке, вдруг да оживут.

А ещё Никита пожалел, что он так и не съездил в Константинополь на экскурсию. Был даже приказ, чтобы с каждой роты назначать по два человека и несколько офицеров, выдавалось им но рублю и пятьдесят копеек на расходы. До Сан-Стефано добирались из лагеря пешком, а уже оттуда железною дорогой ехали восемь вёрст до Царьграда. Спрашивали желающих унтер-офицеров, подначивали Никиту, не поедешь ли, Ефремов, но он отказался. Потом уже, конечно, каялся, что не поехал, но было поздно: прошёл слух, что конгресс в Берлине окончен и что войска скоро поедут в Россию.

Тут и подоспел приказ подвигать войска к морю к назначенным местам. Через три перехода достигли они местечка Иракли, где накупались вдоволь: вода чистая, от берега мелко, а если с корабельной пристани нырять — там глубоко. На базаре яств полно — виноград, арбузы, размером, правда, больше малороссийских кавунов и сочнее на вкус. Но больно дорого ломили цену турки да греки. Поэтому версты за две от города они с друзьями нашли большой огород, который караулили греки. Однако солдатская смекалка на что? Взяли уловку — один с одного бока арбуз тащит, другие — с другой, пока грек-сторож опомнится — они уже далече. Нашевеливали полные торбы и башлыки.