Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг
- Автор: Мегорский Борис Вадимович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Яуза: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-155522-1
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг». Краткое содержание книги:
«Чрез взятие сего города Санкт-Питербурху конечное безопасение получено» – так Петр Великий прокомментировал взятие русскими войсками Выборга в 1710 г. Всего же за продолжавшуюся 21 год войну России со Швецией насчитывается около семидесяти осадных операций, ведь захват и оборона крепостей составляли значительную часть военного дела начала XVIII столетия. Книга Бориса Мегорского посвящена этой типичной для своего времени, но малоизвестной сегодня стороне боевых действий эпохи Петра I.
При описании осадной войны автор обращает внимание на вопросы повседневности, рутинные задачи, воинские традиции и обычаи, поведение в боевой обстановке. Важное место в книге, написанной на большом массиве опубликованных и архивных источников, как отечественных, так и иностранных, уделено вовлеченному в войну мирному населению, рассказано о тактике выжженной земли, об эвакуации и сожжении городов. Яркую характеристику эпохи дают неписанные законы и обычаи войны относительно сдачи городов, ведения переговоров, соблюдения договоренностей, права добычи или практики личного плена. Выходя за рамки крепостной войны, книга повествует также о штурмах либо защите малых и полевых фортификационных сооружений. Наряду с крупными осадами и полевыми сражениями они составляли значительную долю в опыте армий-участников Северной войны 1700—1721 гг.
Моральное состояние, пропаганда, зрелища
Полевые сражения эпохи, как правило, длились один день, и противники редко оставались в соприкосновении в течение нескольких дней; осады же длились неделями и месяцами, и все это время солдаты так или иначе ежедневно подвергались опасности, наблюдали ранения и гибель товарищей. В этом отношении осадную войну XVIII в. по психологической напряженности для участников можно условно сравнить с позиционными боями XX в.
Однако отнюдь не военные составляли большинство людей, вовлеченных в конфликт. Таковыми оказывались «обыватели» – жители сельской местности и городов, за которые сражались солдаты царя и короля. Опыт гражданского населения, часто трагичный, нельзя обойти стороной, когда мы рассказываем о характерных явлениях и «человеческом измерении» осадных операций Северной войны.
Вобан описывал все последовательные этапы взятия крепостей, однако утверждал, что нет такой крепости, которая бы выдержала их все, и где оборона велась бы до последней крайности. Формальная осада с грамотно ведущимися траншеями изнуряла осажденного множеством необходимых оборонительных работ, а правильно расположенные батареи наносили ему большие потери. Третья часть солдат каждый день заступала в караулы, и на ночь караулы еще усиливались, многие другие солдаты отсылались на починку разрушенных укреплений и к батареям. Оборона многочисленных и обширных внешних укреплений бастионных крепостей дробила силы гарнизона. Поэтому две трети осажденного гарнизона «терпят великое беспокойство и труд» через день. Все это, заключал Вобан, «в такое бессилие приводит гарнизон, что ретко, да я могу сказать, что и ни одной так отважной крепости нет, которая бы последней крайности себя хотела подвергнуть»[656]. Осаждающие, наоборот, имели возможность отводить свои части на отдых на большее время и не так подвергали своих солдат риску, как осажденные.
Утомление мнимыми и реальными тревогами в полной мере ощутили на себе защитники Риги в ходе осады 1709–1710 гг., о чем сохранились свидетельства Гельмса: «6 ноября. В прошлую ночь неприятель показал вид, что хочет напасть на форштат и ворваться в него с луговой стороны, вследствие чего произошла сильная тревога как между гарнизоном на форштате, так и в самом городе. В два часа ночи из Песочных ворот выступило наших несколько тысяч человек, чтобы помочь форштатским, а также чтобы окружить неприятеля, но когда они вышли, не оказалось никакого неприятеля: это была только пустая тревога, которая часто производилась с неприятельской стороны, чтобы утомить наших постоянным бодрствованием» [657].
Гражданское население, как правило, составляло большинство обитателей осажденной крепости, поэтому настроения обывателей приходилось учитывать как властям городов, так и осаждающим. Можно было и повлиять на эти настроения, как то пыталось сделать в первую нарвскую осаду русское командование. «Его Царскому Величеству весьма удивительно было… каким образом, как мещане, так и дворянство и крестьянство вместе на вал и караулы ходят»; чтобы уговорить их не участвовать в обороне крепости, т. к. это «дело токмо одних военных касается», русские вывешивали плакаты – 60 плакатов на немецком и 20 плакатов на эстляндском и лифляндском языках [658]. В 1704 г. в тот день, когда обрушился фас бастиона Гонор и коменданту Нарвы направлено письмо с предложением сдаться, осаждающие бросили в города девять стрел с прикрепленными к ним посланиями, но комендант Горн приказал их собрать и запретил читать под страхом смерти [659]. Это были обещания «пристойных кондиций» гарнизону и мещанам в случае сдачи [660]. Расчет был на то, что военные и жители принудят своего коменданта сдать крепость.
В ходе той же осады на осажденных в Нарве оказывали давление зрелищами, подчеркивавшими успехи русского оружия. 18 июля шведы наблюдали, как при троекратных выстрелах 103 орудий разных размеров, сопровождавшихся ружейными залпами, русские водрузили над своими осадными траншеями 14 знамен, взятых в Дерпте[661]. В журнале Гизена сообщается, что 23 неприятельских знамени были привезены из Дерпта и «нарочно для объявления неприятелю разставлены были»[662]. Далее Гизен красочно рассказывает о подробностях этой «пропагандистской акции». «Июля 18 дня было благодарение всемогущему богу с молебным пением, за вышепомянутое взятие города Дерпта, с восклицанием песни: Тебе бога хвалим. И по молебном пении стреляли изо всего пушечного снаряду, також и во всех полках по лине пехота из мелкого ружья залпом трижды, и в тож время знамена шведские, взятые в Дерпте, паки поставлены были при крепости Нарве в последних шанцах наших, которые от рва той крепости только в саженях 30 были для оказания неприятелям, что Дерпт взят» [663].
656
Вобан. С. 119.
657
Гельме. С. 414.
658
Алларт. № 1. С. 8.
659
Adlerfeld. Vol. 2. Р. 19.
660
Гизен. Журнал Петра I с 1695 по 1709. С. 450.
661
Adlerfeld. Vol. 2. Р. 16; Ласковский. С. 402.
662
Гизен. Журнал Петра I с 1695 по 1709. С. 423.
663
Там же. С. 432.