![Колода без туза [Хроника времен гражданской войны] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/1/6/5/1/koloda-bez-tuza-hronika-vremen-grazhdanskoj-vojny-download.jpg)
Колода без туза [Хроника времен гражданской войны]
- Автор: Александров Сергей Александрович
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Колода без туза [Хроника времен гражданской войны]». Краткое содержание книги:
Так поступает известный кинодраматург и в своем первом прозаическом произведении. Оно захватывает убедительным воссозданием далекой эпохи, когда в непримиримой борьбе закладывались основы нашей государственности, выковывалась наша мораль. Это за их торжество сражаются, постоянно рискуя жизнью, чекисты, храбрые, честные, бескомпромиссные герои Сергея Александрова — прозаика, так созвучные героям кинодраматурга Сергея Александрова.
Его первая прозаическая работа — хорошая заявка, шаг в большую литературу.
Эдуард ХРУЦКИЙ
Распутин недоверчиво посмотрел на чекиста.
— Отдай, отдай, — повторил Кузнецов.
Распутин кивнул и сглотнул ком. Маслаков осуждающе посмотрел на Кузнецова и отвернулся.
Через полчаса, цокая подковками сапог по металлу, Кузнецов и Маслаков медленно поднимались узкой тюремной лестницей с окованными ступенями и круглыми железными перилами. Остановились на площадке. Кузнецов сказал:
— Теперь я — на второй этаж, ты — на третий. Разошлись.
На втором этаже керосиновая лампа, подвешенная к потолку, едва освещала пустой сводчатый коридор. Уходили во мглу одинаковые железные двери камер с номерами, засовами и висячими замками. Кузнецов остановился. Он увидел, что в глубине коридора показался из-за поворота коренастый круглолицый надзиратель. Позванивала в его руках связка ключей, гулким эхом отдавался цокот кованых сапог по цементному полу. Чекист дождался надзирателя и молча протянул ему свой мандат. Надзиратель, шевеля губами, внимательно его прочитал.
— Слушаю, товарищ Кузнецов, — произнес уважительно, возвращая удостоверение.
— Насчет Ямщикова, — сказал Кузнецов.
— Так я же объяснил, — с готовностью откликнулся надзиратель. — Вот, у шестьдесят девятой он стоял. — Круглолицый кивнул на дверь камеры.
Он хотел продолжать, но Кузнецов жестом остановил его, подошел к двери с номером 69, отодвинул заслонку «глазка», заглянул в камеру и недоуменно обернулся к надзирателю:
— Она ж пустая!
— Само собой, пустая, — кивнул надзиратель. Его румяное лицо отразило работу мысли. — Так что Куницына час назад в семьдесят седьмую перевели, к Синельникову. А Сердюка, что с Синельниковым сидел, — на первый этаж, в одиночку.
— Как ты их всех помнишь, — удивился Кузнецов.
— У меня на фамилии память, — просиял польщенный надзиратель. — Потому и Плюснина запомнил.
Кузнецов кивнул, подошел к «глазку» семьдесят седьмой камеры, заглянул внутрь. На нарах играли в шашки могучий старик с коротко подстриженными гвардейскими усами и тот, кто в ЧК назвал себя Куницыным. Не отрываясь от «глазка», Кузнецов поманил к себе надзирателя. Тот подошел, и чекист тихонько спросил:
— Который Куницын?
— Молодой, — шепотом сообщил надзиратель.
Чекист кивнул, отошел от двери. Прищурясь, вполголоса еще раз уточнил:
— Значит, Ямщиков его Плюсниным называл? Не путаешь?
— Точно, Плюсниным, — уверенно подтвердил надзиратель.
— Давай, товарищ, условимся, — Кузнецов положил руку надзирателю на плечо, — о нашем разговоре — ни одной душе. Лады?
— Не сомневайтесь, товарищ Кузнецов! — произнес надзиратель, ощутив волнующий холодок приобщения к тайне. — Чего-чего, а помалкивать умеем! — Он судорожно проглотил набежавшую слюну и, набрав в легкие побольше воздуха, радостно продолжал: — Я, значится, что хочу сказать…
Кузнецов предостерегающе поднял руку, и круглолицый, от неожиданности поперхнувшись, обиженно умолк.
Рассветало. За окном упоенно ворковали голуби. Осень была им нипочем.
— Рисковый малый этот Плюснин, — рассуждал вслух начальник ЧК Камчатов, расхаживая по своему кабинету, тоже с «буржуйкой», как у Кузнецова. — Каратель с бронепоезда «ЦЕСАРЕВИЧ АЛЕКСЕЙ», до этого — контрразведка в Белецке, личное участие в расстрелах. При таком раскладе нужно, как говорят в Одессе, иметь большой интерес, чтобы самолично полезть в тюрьму. Н-да…
Начальник ЧК подошел к окну, остановился в раздумье. Голуби продолжали неистовствовать.
— А если Плюснина послал Мещеряков? — сказал Кузнецов. — Не зря он здесь вертится, за кордон не уходит. Что-то его держит.
— Есаул ищет связь с тюрьмой? — продолжая размышлять о своем, рассеянно, будто издалека проговорил Камчатов. — Гм… Интересное соображение… — Он сделал паузу, потом спросил Кузнецова: — Как с Ямщиковым?
— Что Ямщиков, — пожал плечами Кузнецов. — С тринадцати лет на железной дороге вкалывал, потом с белыми дрался, именную саблю заработал, ранен тяжело. Здесь по службе одни только благодарности.
— И такой парень застрелился, от революции дезертировал, — задумчиво произнес Камчатов. — Странно… Неужели его так напугали появление Плюснина и твой приход в клуб? — Начальник ЧК посмотрел на Маслакова. — Возможно, их в самом деле что-то связывало, в прошлом… — Он медленно прошелся из угла в угол, потом решительно сказал: — Значит, так: надо выяснить, где и когда пересеклись пути Плюснина и Ямщикова. — Подошел к Кузнецову: — Поедешь в Белецк. Узнаешь о Плюснине все. А ты, — он повернулся к Маслакову, — дуй на родину Ямщикова. Парень, похоже, с секретом.