![Колода без туза [Хроника времен гражданской войны] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/1/6/5/1/koloda-bez-tuza-hronika-vremen-grazhdanskoj-vojny-download.jpg)
Колода без туза [Хроника времен гражданской войны]
- Автор: Александров Сергей Александрович
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Колода без туза [Хроника времен гражданской войны]». Краткое содержание книги:
Так поступает известный кинодраматург и в своем первом прозаическом произведении. Оно захватывает убедительным воссозданием далекой эпохи, когда в непримиримой борьбе закладывались основы нашей государственности, выковывалась наша мораль. Это за их торжество сражаются, постоянно рискуя жизнью, чекисты, храбрые, честные, бескомпромиссные герои Сергея Александрова — прозаика, так созвучные героям кинодраматурга Сергея Александрова.
Его первая прозаическая работа — хорошая заявка, шаг в большую литературу.
Эдуард ХРУЦКИЙ
— Вы куда, Ямщиков? — недовольно свел брови руководитель драмкружка. — Сейчас ваш выход.
— У Нины Петровны сердце… Приступ… — бросил на ходу расстроенный Ямщиков.
Алмазов, видимо, хотел спросить еще что-то, но Ямщиков и пожарный стремительно скатились вниз и скрылись под лестницей. Алмазов сразу заторопился, быстро одолел оставшиеся ступени, миновал пустой коридор, огляделся, осторожно юркнул в Нинину гримуборную и тихонько притворил за собой дверь.
Под лестницей Ямщиков с помощью Башмакова, чертыхаясь, насилу раскрутил заржавелый кран, из которого с устрашающим фырканьем тоненькой прерывистой струйкой полилась вода, наполнил графин до половины и, не закрывая крана, через три ступеньки бросился обратно. Старый пожарный, не отставая, заторопился следом. Когда они вбежали в гримуборную, Алмазова там уже не было. Нина в прежней позе сидела в кресле с закрытыми глазами. На звук отворившейся двери она с трудом открыла глаза, слабо, через силу улыбнулась и тихо, виновато сказала Ямщикову:
— Вроде отошло…
— Ну и слава богу, — с облегчением произнес пожарный. Он снял каску, утер рукавом зипуна вспотевший лоб и вышел в коридор.
— Не надо так волноваться, все будет хорошо, — успокоил Ямщиков Нину, наливая воду в стакан.
— У вас-то, Володя, все будет хорошо, — Нина, вздохнув, пригубила воду, поднялась с кресла. — Отыграете свою первую и единственную сцену, а мне после вас играть и играть…
За неплотно притворенной дверью гримуборной сердобольный старик Башмаков прислушивался, не понадобится ли его помощь.
— Вообще-то пьеса глупая, — говорила в зеркало успокоившаяся Нина стоящему за ее спиной Ямщикову. — В жизни так давно уже не бывает. — Она вдруг кокетливо улыбнулась. — Вот вы, Володя, говорите, что любите меня, а ведь не застрелитесь же…
Ямщиков отошел от Нины, странно, словно издалека, посмотрел на нее в зеркало и, недолго помолчав, серьезно сказал:
— Вот возьму и застрелюсь. Вам назло.
Нина мгновенно согнала с лица улыбку, зябко повела плечами:
— Не смешно… Извините, завела дурацкий разговор…
Пока шел этот диалог, в кабинет начальника ЧК Камчатова стремительно вошел принявший телеграфное сообщение о розыске Овчинникова молодой чекист Маслаков.
— Товарищ Камчатов, надзиратель из тюрьмы звонил, — озабоченно произнес юноша. Начальник взвода охраны Ямщиков о чем-то секретно беседовал с арестованным Куницыным.
— Ну и чего ты всполошился? — неохотно оторвавшись от бумаг, без интереса спросил Камчатов.
— Так Ямщиков называл Куницына Плюсниным, — сказал Маслаков.
— Плюсниным? — Камчатов сразу насторожился, встал из-за стола. — Интересно… Надзиратель сказал об этом кому-нибудь? — расхаживая по комнате, спросил он Маслакова.
— Только мне, — уверенно произнес тот.
— Где сейчас Ямщиков? — спросил Камчатов.
— На спектакле в клубе, — доложил Маслаков.
— Живо дуй туда! — приказал Камчатов. — Выясни подробно, что у них за знакомство.
Маслаков кивнул и быстро вышел из кабинета.
Тем временем уютный зал воскресенского клуба до отказа заполнила разношерстная публика — вчерашние гимназистки, бойкие торговки и торговцы, барыньки из «бывших», степенные рабочие в люстриновых пиджаках и косоворотках, их жены и подруги в пестрых косынках. Потолок недавнего купеческого собрания все еще украшали старательно выписанные пузатенькие розовощекие купидончики с луками и стрелами, благостно парящие в кудрявых голубых облаках, но на стенах уже висели большие красочные портреты Карла Маркса, Максима Горького и Демьяна Бедного. Сверху без толку свисала огромная электрическая люстра с множеством пыльных хрустальных подвесок: помещение было скудно освещено чадящими керосиновыми лампами. Вдоль стены, оглядывая зрителей, пробирался Важин. Он остановился, поманил Распутина. Огненно-рыжий красноармеец выбрался из ряда, подошел к начальнику тюрьмы. Важин что-то пошептал ему на ухо. Распутин озабоченно кивнул, направился к выходу, а Важин уселся в кресло.
Пошел занавес. Задник сцены был густо украшен яркими лозунгами и транспарантами. Одни призывали ликвидировать неграмотность, другие — оказать помощь бедствующим губерниям республики, третьи — как можно скорее завершить восстановление разрушенной белыми электростанции. На этом фоне стояли небольшой колченогий столик с поломанными инкрустациями, красное бархатное кресло с сильно траченной молью обивкой, отдельно — вырезанный из некрашеной фанеры камин. Все вместе должно было изображать аристократическую гостиную.