Верность виконтессы. На службе Ее Величества

Сабина уже месяц занималась стрельбой из арбалета. Значительных успехов, да и незначительных тоже, она пока не добилась, но удовольствие от занятий получала колоссальное. О попадании в цель речи пока не шло, сейчас бы научиться отправлять стрелу в заданном направлении, а не куда бог пошлет. Но все зависит от нее, а также от ее терпеливого, усердного наставника.

Впервые взглянув на шрамы Климента, Сабина, как и все, отшатнулась. Нельзя сказать, что они безнадежно его изуродовали, но на бугристые рубцы, вспахивающие нежную кожу, смотреть было неприятно. Сабина научилась устремлять взор мимо, когда разговаривала с Климентом. Однако ее привлекали его изящные руки, на которые во время обучения приходилось смотреть постоянно. Ногти изгрызены едва ли не под корень, на коже от тетивы появились твердые мозоли, но очень уж у него узкие ладони, тонкие запястья, длинные пальцы. Да и на лице там, где нет шрамов, кожа такая нежная. Климент утверждал, что ему двадцать пять лет, но в этом возрасте мужская кожа намного грубее. Да и щетины у него совсем нет. Например, на подбородке. Там нет шрамов, но и борода не растет.

Как-то Климент помогал Сабине прицеливаться. Приобняв сзади, он поднял ее локти до нужной высоты, и виконтесса уперлась спиной в его грудь.

В женскую грудь! Она была туго перевязана, но в такой интимной близости чувствовалась отчетливо.

После занятия Сабина взяла «Климента» за руку и повела в молодой сад с крошечным цветником, который прошлой весной разбила у одной из крепостных стен. Они уселись на каменную скамейку, и виконтесса скинула с головы арбалетчика капюшон шаперона. «Климент» не возражал: вокруг никого не было, а хозяйки после месяца ежедневного общения он уже не стеснялся. Негромко, чтобы не испугать его, Сабина начала продуманную беседу:

- Мы с тобой столько времени проводим вместе, и я многое подмечаю.

«Климент» явно занервничал и боязливо оглянулся по сторонам. Виконтесса поспешила его успокоить:

- Не переживай, этот разговор останется между нами. Почти все мужчины вместе с моим супругом на охоте, а дозорные высоко на стенах - не услышат. Задам прямой вопрос: ты - женщина?

«Климент» низко опустил голову, и Сабине пришлось приподнять его лицо за подбородок:

- Ты можешь мне полностью довериться. Если причина шрамов - совершенное преступление, я никому об этом не скажу и придумаю, как тебе помочь. У тебя очень добрые грустные глаза, и я не верю…

- Я не преступница, а жертва! - воскликнула арбалетчица, и в ее глазах появились слезы. - Вы правы, я - женщина, меня зовут Клеменс. Когда-то я была очень красива…

Горе, прорвав дамбу давно сдерживаемой боли, потекло грязевым потоком страшного сумбурного рассказа.

Когда-то - лет десять назад - Клеменс прислуживала графине де Даммартен, убирала гостевые покои. Ее угораздило влюбиться в прекрасного рыцаря Жана, состоявшего телохранителем в свите графа. Жан ответил ей взаимностью. Юная девушка понимала, что ни о какой свадьбе речи быть не может, но отдалась ему с пылом первой любви и упивалась мужским вниманием, жаркими ласками и нежными словами. Вскоре их связь стала известна Матильде. Как позже выяснила Клеменс, Жан давно уже был любовником графини.