Смерть у стеклянной струи
- Автор: Потанина Ирина Сергеевна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Фолио
- ISBN: 978-966-03-9599-2
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Смерть у стеклянной струи». Краткое содержание книги:
«Будут зачищать!» — пророчат самые мудрые, читая последние постановления власти. «Лишь бы не было войны!» — отмахиваются остальные, включая погромче радио, вещающее о грандиозных темпах социалистического строительства. Кругом разруха, в сердцах страх, на лицах — беззаветная преданность идеям коммунизма. Но не у всех — есть те, кому уже, в сущности, нечего терять и не нужно притворяться.
Владимир Морской — бывший журналист и театральный критик, а ныне уволенный отовсюду «буржуазный космополит» — убежден, что все самое плохое с ним уже случилось и впереди его ждет пусть бесцельная, но зато спокойная и размеренная жизнь. Он и не подозревает, что возле модной городской достопримечательности — той самой «Стеклянной струи», которая позже станет символом Харькова и будет называться «Зеркальной», — ему придется встретиться с убийцей. Ввязываться в какое-либо расследование Морской, конечно, тоже не намерен. Но придется…
Разговоры, танцы, застолье… Получалось что-то вроде мини-салона, и Гале это очень нравилось. Среди гостей Морской, какие бы неприятности над ним ни висели, всегда держался импозантным удальцом, и эта версия себя была ему по нраву и неизменно повышала настроение. Вживаясь в роль сначала из вежливости и гостеприимства, он всякий раз потом таким и оставался: горящим, понимающим в этой жизни главное и наслаждающимся красотой сюжета. Таким, каким Галочка его, собственно, и любила.
— Не стоит, Людочка! Спасибо, но мы сами! — Вернувшись в квартиру, Галина смутилась, обнаружив, что соседка кинулась помогать маме Ильиничне мыть посуду. — Вам есть где наводить порядок! А тебе, мама, уже время отдыхать: ранний подъем никто не отменял. А с посудой Володя мне поможет, как всегда. Вы не волнуйтесь.
По тому, как муж молча, без игры в сокрушенное закатывание глаз к потолку, подошел к тазу с нагретой водой, Галочка поняла, что терапия не помогла.
— Послушай, — сказала она, когда мама Ильинична и Людмила разошлись по своим комнатам, — ты или грусти так, чтобы я не замечала, или все же расскажи, что случилось. Я понимаю, что ты не хочешь меня огорчать, поэтому молчишь, но я расстраиваюсь еще больше, когда додумываю поводы для твоего отвратительного настроения. Фантазия у меня богатая, ты же знаешь…
Морской отвлекся от посуды и умоляюще посмотрел на жену. Но вместо написанного во взгляде «не расспрашивай, пожалуйста», сказал:
— Вот не зря говорят, что в браке женщина или мудрая, или счастливая. Не была бы ты у меня такой наблюдательной, не переживала бы.
— Тот Владимир Морской, которого я знаю, сказал бы просто «познание умножает скорбь», — Галочка немного обиделась. — А не эту пошлость про брак и женщин. И не смешно, и, в общем-то, неправда. И я, как мудрая счастливая замужняя, имею право тебе это говорить.
— Ты, душечка, на все имеешь право, — мягко сказал он. — Спасибо за «счастливую». Мне это очень важно.
— Тебе спасибо, — огрызнулась Галя.
Они стояли бок о бок, синхронно возились с посудой, обменивались добрыми репликами, но напряжение все же не спадало.
— Ты расстроился из-за известия про обыск у Григория в студии? — Галочка решила поиграть в «угадайку». — Что значит «не особо»? Ну и что, что ожидал. Я тоже ожидала, но тревожусь. Во-первых, Гельф все-таки твой добрый знакомый, во-вторых, уж очень у вас с ним в судьбах все перекликается…
— Перекликается, — со вздохом согласился Морской. — Но не переживай, я думаю, что это просто запоздалые отголоски событий годичной давности. У нас сейчас все хорошо, потому что все худшее уже случилось.
— А если нет? — Обычно они старались о таком не говорить, но сейчас тема показалась Галочке уместной. Успокаивая ее, Морской наверняка придумает сто тысяч аргументов, поверит в них и успокоится сам. — А если все по новой и с усугублением?
— Ну, значит, так тому и быть. — Голос его звучал уверенно и спокойно. — Нам это не подвластно, значит, не будем страдать раньше времени. Мой прошлогодний опыт показал, что все это — как стихийное бедствие или природное явление. Где рванет — не предугадаешь. Где соломку ни стели, все равно гвозди найдутся. Ну, хочешь, — тут он прекратил сверлить глазами тарелки и тепло глянул на Галочку, — оторву рукав от пиджака и сразу дам тебе на хранение?
Вспомнив бедняжку Дору, которая до сих пор хранила в личных вещах рукав от пиджака арестованного и расстрелянного мужа, Галочка содрогнулась, но быстро взяла себя в руки. Черный юмор — тоже лекарство.
— Нет уж, увольте, — ответила она и припомнила, как после ареста Якова Двойра долго еще ожидала, что теперь придут за остальными взрослыми семьи, и потому всегда держала в прихожей чемодан с вещами «для тюрьмы» и привязанными к нему веревкой валенками. При этом еще и постоянно готовила впрок, чтобы, если Леночка останется в доме одна, ей было что есть. — Наготовить выварку борща я, может, еще согласна — твоя курица еще как раз не оприходована, но примерить валенки я пока морально не готова.