Последняя девственница королевства

— И пусть останутся в народе сомнения? — мягко возразил Эллиан, глядя своими небесно-синими глазами в лицо испуганной девушке. — Нет; я должен всем показать, что венец Короналя носит только достойный и сильнейший, и что он тяжел. Не бойся и не плачь; вытри свои слезы и заберись вон туда на балкон. Там ты будешь в недосягаемости и увидишь, когда все кончится.

Соленая капля скатилась с щеки Новы и капнула на острый крысиный нос, и Бон приуныл, слушая, как горько плачет девушка. Ее не утешали ни лаки Короналя, ни его поцелуи, мягкие и сладкие, но так сильно похожие на прощальные.

— Я боюсь, Эллиан, — твердила Нова.

— Я позабочусь о тебе, детка, — пообещал пылкий Бон ото всего своего огромного сердца, и Корональ мягко усмехнулся. — Я стану тебя охранять!

— Да уж, позаботься о ней, — сказал Корональ. — Твое мужество сейчас нужно разделать пополам.

И он решительно отпрянул от девушки, шагнул в раскрытые двери, и его дракон скользнул вслед за ним.

Не помня себя от страха, прижимая Бона груди обеими руками, словно и в самом деле ища у него защиты, Нова изо всех сил рванула наверх, на указанный балкон. Она не могла видеть начала поединка, но могла слышать, как за толстыми дверями раздался дикий вой и шум огромной воды.

Когда она, наконец, пересчитала ногами все ступеньки, добралась до балкончика и смогла перевести дух, бой был в самом разгаре. В ужасе смотрела Нова, как Корональ и Ловец, балансируя на водных дорожках, прочерченных по кругам, сходились друг с другом, а их Слова — огрызающийся дракон и грозный спрут, — то погружались в магические воды, то выныривали из них.

Магия лилась стремительным потоком от двух сходящихся в смертельном поединке магов. То, что у Новы и Короналя в свое время казалось тонкими тропинками, сейчас простиралось широкими бурлящими водами. Никем не собираемая — Пустотника-то не было, — в бархатной темноте космического небытия магия бурлила и пенилась, как разбушевавшееся море, и Нова в ужасе вскрикнула, заметив, как оба Слова, погружаясь в нее, выныривают заметно окрепшими, подросшими и еще более страшными.

Тропинки магов не жгли им ноги, потому что жадные Пустотники не натягивали их до состояния струны. И Корональ, и Ловец мчались по волшебным волнам, отталкиваясь от них ногами, пока вдруг!..

— Ну! — взвизгнул Бон и юркнул тяжелым тельцем вниз, меж грудями Новы, когда Корональ и Ловец со всего размаху сшиблись, да так, что их ледяные мечи разлетелись в мелкую, алмазно сверкающую крошку. Удар раскидал магов в разные стороны, но из ладони каждого из них тотчас вырос новый меч — и лишь затем, чтобы разлететься и от второго удара.

Эти злые осколки посекли стены, словно пули или шрапнель, но не причинили магам никакого вреда. Нова видела, как лед острыми звездами блистает в развевающихся черных волосах Короналя, и понимала, что силы равны. Понимал это и Эллиан, недобро глядя на посмеивающегося Ловца; и придумывал лихорадочно, чем бы пронять негодяя.