Замок последней розы

Мелия видит, что Борг колеблется, и добавляет:

— Подожди девять месяцев. Она родит, я заберу мальчика, и делай тогда с ней, что пожелаешь. Тебе и слова никто не скажет. А пока девчонка — собственность элара! И напомню, Томер в любой момент может расторгнуть помолвку и найти паршивке жениха посговорчивей.

На лице Борга играют желваки. Губы кривятся, видно, что он из последних сил сдерживается, чтобы не ответить.

Напоследок невидимый стальной ошейник сдавливает так, что едва не ломает мне шею… а потом всё заканчивается.

Борг резко встаёт, разворачивается и выходит прочь, ударив плечом одного из магов, который не успел отскочить. Мелия победно улыбается, провожая его взглядом. Я сажусь на постели, обнимая ладонями саднящее горло, и судорожно пытаюсь отдышаться. Старшая жена моего отца, наконец, соизволит и на меня обратить внимание:

— Умница, девочка! Ты молодец, что исполнила приказ элара. Мамочка Мелия не даст никому в обиду своего малыша.

И в этот момент из-за спин магов шаркающей походкой выползает Мардухай. Его полубезумный взгляд под косматыми бровями мечет молнии.

— А вот это вряд ли, высокородная госпожа. Вы рано радуетесь! Магического выплеска не было. Зачатие не состоялось. Ты по-прежнему девственница, не так ли — бестолковая элиана?!

Медленно поднимаюсь с постели — во всём теле по-прежнему неподъёмная тяжесть. Обхватываю себя за плечи. Только теперь замечаю, как озябли голые ноги. Каменный пол будто вытягивает тепло и жизнь.

Только почему-то мне больше не страшно.

Улыбаюсь Мардухаю и Мелии пересохшими, непослушными губами:

— Да. Всё так. У вас ничего не получилось. Чужак из проклятого вами мира оказался куда благороднее вас всех вместе взятых. Он мною не воспользовался, когда я предложила. А теперь уже поздно. Не видать вам вашего наследника, которым вы так бредите, как своих ушей. Хоть ядом изойдите.

Мардухай позеленел, Мелия покраснела.

Таких речей от скромницы Шианы они не слышали никогда.

А у меня внутри — жгучий огонь обиды за свою поломанную жизнь. Он жжёт так сильно, что не могу больше терпеть.

— Только вам-то что? Мардухай ещё понятно. Что элар приказал, то и делает. Но вы, Мелия? Откуда такое рвение к исполнению приказа моего отца? Вы же всегда ненавидели нас всех — маму, сестёр, меня. Я думала, вы больше всех будете противиться появлению еще одного ребёнка. Ведь сами так и не смогли родить мужу ни одного, как не пытались.

Она бы убила меня взглядом, если б смогла. Без сомнения.

— То есть ты, мелкая дрянь, хочешь мне сказать… что приказ элара не исполнен? Ты… не беременна?!

Молчу, сжав губы. Ничего не могу с собой сделать — на них презрительная улыбка. Смотрю на Мелию с жалостью и чувствую себя сейчас победительницей. Пусть в ничтожно малом — но я победила. Меня давила воля отца, меня побуждали к этому все вокруг, даже Гаяни, даже Флавия внесла лепту. И моя слабая женская натура едва не взяла верх. Но в конце концов на этом поле битвы я выстояла. Пусть и смертельно раненая.