Колыбель богов

Двор представлял собой достаточно обширное пространство практически в центре Лабиринта, прочной оградой которому служили стены первого этажа. Это было сделано с таким расчётом, чтобы разъярённый таврос не достал до тех, кто наблюдает за священными играми. Зрители сидели на уровне второго этажа в открытых галереях. Для них были приспособлены каменные скамьи, а особо уважаемые гости и придворные дамы сидели на мягких дифрах или даже в креслах.

Минос встал у самого края балюстрады, широко раскинул руки и поднял голову вверх — к ясному небу, где в данный момент (никто в этом совершенно не сомневался) за всем происходящим наблюдали боги, в том числе главная богиня Крита великая Тейе Матере, сам Дивей и его брат, Колебатель Земли — Посейдон, от благоволения которого зависело не только благополучие всех кефтиу, но и их жизнь.

Лица Аройо никто видеть не мог. Оно было скрыто под великолепной маской из листового золота удивительно тонкой работы, которая сильно искажала, в общем-то, приятные черты лица повелителя Крита. В маске минос выглядел очень грозно — словно бог войны. Кроме тонкого белого плаща из виссона с золотой вышивкой и маски, на голове у него был ритуальный головной убор — великолепная золотая корона, сплошь усеянная драгоценными каменьями с прикреплёнными к ней бычьими рогами по бокам, которую венчали пышные перья какой-то неизвестной птицы. В этом уборе Аройо сильно смахивал на Минотавра — таким, каким его изображали мастера, расписывающие стены дворца.

Но Атенаис лишь мельком посмотрела на богатырскую, полную мужской силы и мощи фигуру миноса в праздничном одеянии. Её внимание привлекла его свита. Девушка глазам своим не поверила — среди расфуфыренных сановников и жрецов стоял Даро! Он показался девушке божеством, настолько необычен и прекрасен был его вид. Атенаис едва узнала возлюбленного (а она уже сделала выбор и даже не мыслила отступать от своего решения), так искусно было подкрашено лицо Даро. К тому же он почему-то был гораздо смуглее, нежели обычно.

Поприветствовав богов на небесах и собравшихся зрителей, минос уселся на кресло, за ним последовала и Аэдона, дети устроились на дифрах за их спиной, а остальная свита осталась на ногах. Только теперь Атенаис поняла несколько сбивчивые объяснения служанки Мелиты, которая рассказала ей, что жрецы увели Даро во дворец. «С какой стати, зачем?» — спрашивала удивлённая и поражённая девушка. Однако Мелита только руками разводила. Но самым удивительным было то, что за Даро пришли жрецы Лабиринта, будто он был какой-нибудь важной персоной, а не прислали простого гонца, слугу, с наказом явиться, куда следует. Это была настоящая загадка.