Феникс. Возродиться из пепла
- Автор: Чейз Бекки
- Серия: Ангелы и Демоны(Бекки Чейз) #2
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Феникс. Возродиться из пепла». Краткое содержание книги:
— Что… это означает?
— Проникая в кровь, яд прячет мысли, а взамен являет миру сущность закрывшего их, — Люцифер медленно проводит по вспухшей коже кончиками пальцев, чем вызывает очередную волну мурашек. — Ты как феникс, Райли. Сгораешь дотла, а потом возрождаешься из пепла.
Я вздрагиваю, а он поворачивает голову и снова смотрит мне в глаза.
Лицо из сумрака
Пересекая внутренний дворик, я мысленно сетую, что Данталиона невозможно застать одного. Он то читает лекции, то проводит практические занятия у беседок, то обсуждает с Юстианой список книг, необходимых для новых необращенных. Я дважды была в читальном зале, трижды крутилась рядом в коридоре, а в сад и вовсе спускалась бесчисленное количество раз. Без толку — Данталион неуловим. К середине дня я устало плюхаюсь на скамью возле знакомой двери. К черту конспирацию. Рано или поздно он вернется в свой кабинет, и уж тогда я его расспрошу.
Люцифер не случайно отвел меня к нему. Мог ведь и сам поставить щит, но предпочел рассказать правду Данталиону. Наверняка потому, что тот более сильный менталист. И, судя по всему, высшего уровня воздействия, если умудрился за секунды снести заслон, который поставила моя мать. Причем сделал это, даже не зная о его существовании!
Пытаясь поймать Данталиона в библиотеке, я успела бегло пролистать несколько глав из справочника о чтецах воспоминаний и теперь имела представление — пусть и весьма скудное — о защите разума. Мне придется много заниматься, чтобы приблизиться к базовому уровню. И поскольку Люцифер уделяет время лишь физическим упражнениям, просьба о дополнительных тренировках сознания стала идеальным предлогом искать встречи с Данталионом. Даже если он откажет, я хотя бы смогу задать ему главный вопрос, не опасаясь, что нас кто-то подслушает.
Настроившись на долгое ожидание, я подпираю подбородок ладонями, как вдруг за дверью раздается шорох, словно кто-то смахнул со стола стопку пергаментов. Так Данталион у себя? Но ведь было заперто, я проверяла. Потянувшись к ручке, я почти поворачиваю ее, когда из кабинета доносится томный смешок.
— Я знаю другой способ отработки, — вкрадчиво шепчет Айри.
С вспыхнувшими щеками я отшатываюсь назад. Господи, какой стыд. Я чуть не поставила подругу в неловкое положение. Хотя Айри вряд ли смутится при свидетелях, наоборот, обрадуется, что есть, кому подтвердить ее триумф.
— И он в разы приятнее, чем никому не нужное эссе о смутных временах, — мурлычет она.
Я закатываю глаза — правила в академии явно написаны не для Айри. Вот уж кого никогда не волновали запреты.
— Нет? — звук поцелуя неожиданно сменяется разочарованным стоном. — Но почему?
— Умерь свой пыл, — осаживает ее Данталион. — А игры в соблазнение оставь для ровесников.
— Это не игра! — возмущенно восклицает Айри.
Вслед за грохотом падающих книг к двери приближается цокот каблуков. Я еле успеваю посторониться — разъяренная Айри выскакивает в коридор и убегает, не заметив меня.
И как теперь разговаривать с Данталионом? После эффектной эскапады с домогательством он вряд ли будет в настроении.
Потоптавшись у кабинета, я все-таки стучусь.
— Входи, Иви, — Данталион из-за двери чувствует силу моего начала.
А вдруг он по-прежнему может прочитать мысли? На пороге я опускаю голову — не хватало еще случайно показать ему, что услышала в аду.
Глаза Люцифера закрыты, но дыхание беспокойно — демон не спит, всего лишь сомкнул веки. Лежать под ним невыносимо жарко, но я боюсь шевелиться. Хочется остановить время и наслаждаться моментом. Чувствовать его запах, тепло, тяжесть тела… и растворяться в накатившей безмятежности. Запомнить миг, когда не надо обороняться от едких шуточек и держать лицо.
— Даже с ядом в крови ты слишком громко думаешь, — фыркает он, приподнимаясь на локтях. — «Боже, как жить дальше?».
Имя Создателя с сарказмом слетает с его губ, а алые глаза ехидно прищуриваются. Увы, я слишком хорошо знаю это выражение лица. Прощай, приятная нега, здравствуй, новое противостояние.
— Хочешь сказать, мы ничего не усложнили? — с досадой шепчу я, отводя взгляд — не хватало еще расплакаться у него на виду.
Люцифер удерживает мое лицо за подбородок:
— А ты боишься сложностей?
Он смотрит с интересом, а я не придумываю ничего лучше, чем отбиться злой иронией:
— Вся моя жизнь после смерти — одна сплошная сложность. Так что считай, я выработала иммунитет.