Одна к печали [litres][One for Sorrow]

– Матерь божья, Айви. – Глаза у Одри – как чайные блюдца. Письмо выскальзывает из моих пальцев и медленно падает на пол.

– Где, ты сказала, нашла это? – выдавливаю я.

– За стеной. Я не показала тебе потому, ну, потому что тогда это было немного неловко, и я не хотела во все это вмешиваться и просто забыла о нем. – Ее взгляд блуждает по комнате, а щеки краснеют.

– Одри, ш-ш-ш. – Я прикладываю палец к губам. – Теперь это неважно. Покажи.

Она делает глубокий вдох, чтобы собраться с духом, потом идет на мою сторону комнаты и отодвигает стул от стола. Опустившись на колени, тянется за стол и нажимает на одну из деревянных панелей, которая распахивается настежь, открывая пространство позади.

– Я собиралась рассказать об этом, когда мы были в помещении для персонала, но совершенно отвлеклась на то, что мы нашли в пещере. Письмо лежало прямо здесь. Панель открылась, когда миссис Парсонс заперла меня в комнате, помнишь? Она с такой силой хлопнула дверью, что, должно быть, запустила механизм. Я не сидела за твоим столом, колотя в стену или типа того. – Одри улыбается, робко пожимая плечами. – Я теперь никогда не смогу смотреть на школьные стены по-прежнему. Кажется, за каждой панелью тут кроется тайный проход!

Я опускаюсь на колени рядом с ней.

– Внутри есть что-нибудь еще?

Одри пожимает плечами.

– Я ничего не видела.

– Но там может что-нибудь быть, – настаиваю я. – Вроде дневника, о котором упоминал Патрик?