Камень. Книга 8

— Если Георг будет паинькой, то можешь.

— Чудненько! Теперь по нашему с тобой утреннему разговору насчет Мальборо и Солсбери. Они в этой сделке уже, как ты понимаешь, идут по остаточному принципу, так что просто соглашайся на предложенную виру и не выступай.

— Понял. А что мне делать, если возникнет вопрос о вире с Виндзоров и Гримальди?

— Не встанет этого вопроса, Лешка, повторяю, мы уже все меж собой порешали, а Виндзоры с Гримальди даже платежные поручения приготовили, но подпишут их только после того, как ты примешь извинения.

— Деда, а о какой сумме вообще идет речь? — решил поинтересоваться я.

— В общей сложности, если на круг и с учетом вклада Мальборо с Солсбени, то примерно пол-ярда, внучок.

Прохор, Владимир Иванович и Ваня, услышав озвученную сумму, переглянулись и закатили глаза.

Эх, была не была!

— Деда, я тут просто Маше с Варей роскошные подарки обещал перед поездкой к Гримальди…

— Никто тебя за язык не тянул, внучок! — рявкнул он. — Поделил шкуру неубитого медведя! Все эти средства уйдут в наше общее с тобой предприятие, ну, ты понял… А подарки сестрам сделаешь из тех средств, которые вам отец на поездку выделил.

— Хорошо.

— И это, Лешка… Молодец, что шушлайки английские не сжег, а сдержался… Взрослеешь, мужчиной становишься! Родичи в курсе твоих приключений и шлют огромные приветы! Все, будем закругляться. Как там все пройдет, позвони.

— Обязательно.

Отложив трубку, выдохнул и оглядел присутствующих:

— Как-то так…

— Царевич, — хмыкнул Кузьмин, — да ты у нас прямо машина по зарабатыванию денег! Ходячая фабрика Гознака, ни дать ни взять! Сначала на родине бабло лопатой греб, теперь вот в Европах! Может, прокатимся с гастролями по ближайшим королевствам? Там тоже есть чем поживиться. А я тебя за долю малую денно и нощно от ворогов, падких до твоего состояния, прикрывать буду, и за баблишком заодно присмотрю? Опыт имеется.

— Присмотрит он! — поморщился Прохор. — Лешка, а Колдун-то прав, липнут к тебе деньги, сами в руки идут. Редкое это качество…

— Главное, царевич, тебе не скурвиться, — Кузмин вальяжно развалился на стуле. — Про друзей не забывать, про близких, делиться с ними непосильно нажитым. — Он встрепенулся и уставился на ротмистра. — Иваныч, где мой «Гелик»? Сколько можно ждать?

— Еще раз повторяю, Олегыч, вечером обещали пригнать, тонировку «пятерочку», как ты и заказывал, в два слоя доклеивают, — вздохнул тот.

— Я не собираюсь царевичу его подарок по темноте показывать! Черт, придется завтра презентовать!

— Сегодня, походу, мы уже ничего с этой поездкой в Ниццу не успеем, — отмахнулся я. — Еще и в церковь на службу идти. Владимир Иванович, ваши бойцы идут с нами.

— Все предупреждены, и валькирии тоже.

И опять наш разговор прервался звонком телефона:

— Слушаю, ваша светлость…