Каждый сам за себя

– Странный выбор. Не самый прибыльный бизнес.

– Ты просто не знаешь, сколько стоит реально качественное изделие.

– Наверно… – неуверенно проронила Кира, как вдруг спохватилась. – Что мы будем делать в ресторане?

Макс выразительно хмыкнул. Он как раз открыл дверь авто, но Кира не спешила садиться, требовательно смотрела в его лицо.

– Ужинать. Что же ещё?

Кира бросила быстрый взгляд в салон авто, но продолжала медлить.

– И что, для меня не будет особых указаний? – озвучила она свои страхи. Макс малость прибалдел, но вскоре опомнился

– Ну… даже не знаю… Про послушание, думаю, ты не забыла, а так… – Кира скрипнула зубами. Одно только слово «послушание» набивало оскомину. – Не кричать на весь зал, что тебя держат в неволе. – смешливо фыркнул он. Окинул Киру требовательным взглядом и в сердцах махнул рукой: – Всё равно никто не поверит.

Кира мстительно прищурилась.

– Так уж и не поверят!

– Посмотри на себя повнимательнее: сияешь здоровьем. Холёная, ухоженная. Просто красавица.

– Ага. В лучших традициях арабских шейхов. Только сути это не меняет.

Максим тягостно вздохнул.

– Да чего я, собственно, ожидал… ты ведёшь себя как истинная женщина. Стоит только ослабить поводья и вот, что я получаю: упрёки. – пожаловался он и едва не силой затолкнул Киру в машину. – Думаю, сидя в подвале на цепи, ты была бы куда более послушной.

– Никто не застрахован от ошибок. Впустить меня в свою жизнь было как раз из этой оперы.

Макс демонстративно закатил глаза. Видимо, выслушивать женскую болтовню он не любил, но выбора не оставалось. Он хлопнул дверью с её стороны, а спустя несколько секунд устроился рядом с Кирой. Она заметно притихла. На самом деле присматривалась, пытаясь разгадать его задумку. За дни, проведённые рядом, наверняка могла сказать только одно: этот мужчина непредсказуем. А вот импровизация это или хорошо проработанный план, определиться не удавалось до сих пор. Несмотря на выраженное спокойствие, холодность и невероятную терпеливость в обычной жизни, Макс оказался легко возбудим. Ну, или это у Киры открылся особый талант. На её выпады он реагировал остро, и с каждым разом сдержанности оставалось всё меньше. Часто вспышки гнева вытекали в проявление демонстративного влечения. Он снова и снова давал понять, что вопрос интимной близости остаётся открытым только благодаря ему. Тем самым накалял атмосферу до предела, ведь желание было уже не скрыть. Он не делал ей скидку как женщине, в схватке характеров толкался как с равной. И прижимал. Снова и снова, и снова… Он был сильнее во всём. А особый вкус придавало то, что, зная о его бесспорном превосходстве, Кира не переставала бороться.