Электронная книга - «Между двумя мирами». Краткое содержание книги:
Несмотря на то, что затея с воздушной разведкой за битвой, можно сказать, провалилась, кое-какие важные сведения поручик Искрин, пилотирующий шар сегодня, все-таки сумел добыть за то короткое время, которое провел в воздухе. И эти сведения дали нам шанс на победу, который до этого был надо сказать довольно призрачным.
Следуя наспех скоординированным планам, по результатам новых полученных данных, выдвигать полки никто из командующих не спешил. В темпе развернув артиллерийские полки, Ласси поставил пехоту так, чтобы центр был пока свободен. За резервы отвечал Фридрих. Я поостерегся ставить его на высоты, потому что в нереализованной истории эти самые высоты были для него неким камнем преткновения. Например, он проиграл бы битву Салтыкову, который сейчас что-то негромко с ним обсуждал, просто бросая полк за полком на взятие занимаемой Петром Семеновичем высоты, пока у него люди не кончились. Поэтому я оставил его в резерве, чтобы он в нужный момент оказался той самой соломинкой, которая может переломить ход битвы.
Ни мы, ни поляки не спешили начинать, поглядывая друг на друга через подзорные трубы. Но вечно это затишье продолжаться не могло. Первыми не выдержали нервы у противника. Под размеренный бой барабанов полки объединенной польской армии пришли в движение. Сердце замерло, а затем забилось гораздо быстрее положенного. Началось. Бой!
Три раза главнокомандующий, которым был назначен Ласси, выводил резервы Фридриха, чтобы заткнуть образовавшиеся дыры. Три раза я, кусая костяшки пальцев, думал, что мы проиграли. Потери с обоих сторон были колоссальные и уже превысили в несколько раз все, которые были за эту войну. Проклятые высоты просто задавливали нас огнем, не давая приблизиться, чтобы получить хоть какой-то перевес.
Внезапно на высоте, что была справа, произошла заминка, возникла пауза, хотя очередной полк уже вышел на линию огня. Я быстро приник к трубе, и увидел, как на холм, откуда по нашим позициям велся артиллерийский огонь, выскочил всадник, в котором я узнал подъесаула Кранько. В руке у него была зажата сабля, с которой тяжелыми каплями на землю, прихваченную инеем, падала кровь. Я тут же перевел взгляд на вторую позицию артиллеристов поляков — там шла рубка. Спешившийся Бутурлин лихо фехтовал с каким-то шляхтичем в дорогих одеждах.
— Вперед! Бегом, марш! — заорал Ласси, выхватив из ножен шпагу. — Стрелкам приготовиться. Заря-жай! Пли!
Я опустил трубу и прикрыл глаза. Наконец-то. Кавалерия поляков так и не вступила в бой. Растерявшись, лишившись огневой поддержки артиллерийских полков, крылатые, которые подчинялись только собственным командирам, а на команды, отдаваемые наскоро назначенным коронным гетманом им было плевать с высоты своих коней, они пропустили удобный для атаки момент, а потом что-то предпринимать было уже поздно. Тем более, что им в спины ударили те самые драгунские полки, которые были отправлены мною на взятие высот. Это был тот самый шанс, который дал нам Искрин, разглядевший с неба, что высоты, занимаемые поляками, можно обойти и взять, не пытаясь на них переть как танки, с тыла. Оказывается, существовали проходы сквозь леса, окружающие холмы со всех сторон, оставленные лесорубами, о которых, может быть, даже сами поляки не знали. А вот глазастый пилот воздушного шара разглядел длинную проплешину в сплошном лесном массиве.
Через час все было кончено. Путь к городу был открыт.
Еще через час я вошел в зал заседаний сейма, куда согнали всех магнатов и родовитых шляхтичей, кого смогли найти в городе. Польского языка я по-прежнему не знал на том уровне, к которому привык, разговаривая на иностранных языках, известных мне, поэтому разговор велся на немецком, который кто лучше, кто хуже, но понимали все присутствующие. Поляки сидели на скамьях сейма, а над ними нависали вооруженные гвардейцы, у которых кроме шпаг в наличие были пистоли, которые они весьма демонстративно держали в руках. Я встал в круг, осмотрел присутствующих, многих из которых видел на балу, устроенном Августом в честь Елизаветы не так уж и давно. Увидев удивление на лицах тех, кто меня узнал, усмехнулся. Когда же открыл рот, чтобы начать предъявлять требования, ко мне подошел Репнин и прошептал в ухо.
— Понятовский во дворце. Словно чует, сука, что живым бы не вышел отсюда.
— И в чем была проблема притащить его сюда? — так же шепотом поинтересовался я.
— Проблема в том, что дворец заперт и переведен на осадное положение. Они просто провоцируют нас на взятие его штурмом.