Список обреченных [версия АТ]

— Оправдание терроризма?

— Нет, это третья. Я имею в виду ПТСР.

— Что это?

— Посттравматическое стрессовое расстройство. Психологические последствия пыток.

— А! Тоже лечется коррекционными препаратами?

— Близкими препаратами. Менее неприятными. А что касается оправдания терроризма… Ну, во-первых, конечно, изолировать от общества за это полный бред, если только человек не создал свой канал в интернете и не транслирует на нем слова ненависти с утра до вечера. А один эпизод — это максимум пара сеансов у психолога на философскую тему об абсолютности принципа «не убий».

— Он не абсолютен.

— Да он не абсолютен. Но есть только одно исключение: убийство допустимо, если это единственный способ предотвратить другое убийство, причем так, не теоретически, а когда убийца уже держит пистолет и готов нажать на спусковой крючок. И никак иначе. Когда зло уже совершено, наказывать за него смертью бессмысленно, надо дать преступнику шанс.

— У нас наказывают.

— И совершенно неправы. Если бы не это, возможно, и Альбицкий не счел бы для себя убийства допустимыми. Но уж в случае с Синепал позиция Лиги с точки зрения морали совершенно не безупречна. Никто вообще не доказал, что ее слова привели к чьей-нибудь смерти. Да, ее ложь бесила тех, кто знал реальное положение дел. Да, вызывала отвращение и оторопь от степени цинизма. Но убивать за это, Дамир, это все равно, что сажать в тюрьму за реплики в интернете.

— Олег Николаевич, ну это не одно и то же!

Олег положил руку ему на плечо.

— Дамир, давайте отложим этот спор. Вы пока обдумайте, а у нас есть еще две актуальных болячки. Потом мы обязательно к нему вернемся. Не хотите что-нибудь из продуктов? Конфеты? Сгущенка? Не килограммами, но немного я смогу пронести. Мне можно.

Дамир улыбнулся.

— Ну, хорошо. Сгущенка.