Список обреченных [версия АТ]

Электронная книга - «Список обреченных [версия АТ]». Краткое содержание книги:

У Андрея Альбицкого отняли все: жену, ребенка, друга, бизнес и, в конечном итоге, родину. Только жизнь и свободу пока не вышло!
В мире глобальной электронной слежки неуловима его гильдия убийц, и от нее нет спасения.

Перейти на страницу:

Бежать к Штерну на поклон Медынцев пока не собирался. Ну, они же уголовники, не политические, чего от них ждать! Помучаются недельку максимум и сами отступятся.

К концу недели ситуация не улучшилась. Переписку обоих со Штерном Алексей Матвеевич взял под личный контроль. Письма их были отчаянными, но про голодовку не упоминал ни один. Штерн отвечал им, что в Центре и кроме него есть много хороших психологов.

Медынцев вернулся домой где-то около девяти вечера. Окно в кабинете было приоткрыто. Неужели забыл закрыть, когда уходил? Солнце только зашло, первые сумерки, небо еще горит багровым огнем. Тепло, май, из окна пахнет нарциссами. Может и забыл закрыть…

На столе придавленный стаканчиком для ручек, чтобы не унесло ветром, лежит лист бумаги с текстом, напечатанным зачем-то слишком крупными буквами.

Глава 20

«Алексей Матвеевич!

Вы, думаю, понимаете, что, если мы смогли проникнуть в Ваш дом и положить это письмо на Ваш письменный стол, мы можем положить туда все, что угодно.

Ваши преступления достаточно серьезны, чтобы придать Вашему делу приоритет, однако мы готовы сохранить Вам жизнь в случае выполнения следующих условий:

Вы должны вернуть на работу в Центр Олега Николаевича Штерна;

Вы должны отозвать ПЗ Дамира Рашитова;

Вы должны выступить на суде над Дамиром и признать, что его ПЗ было Вами сфальсифицировано под давлением СБ и представить настоящее Психологическое заключение;

После суда Вы должны уволиться с должности главного психолога Лесногородского Центра и рекомендовать на свое место Штерна».

На этом текст обрывался, но это был явно не конец письма. И Алексей Матвеевич перевернул страницу:

«Надеюсь, Вы понимаете, что любое обращение в правоохранительные органы, полностью исключает продолжение с Вами переговоров.

Альбицкий».

Медынцев перевернул письмо обратно, перечитал еще раз. Требования были плохо исполнимы. Как будто он по своей воле выгнал Штерна!

Интересно, как они влезли сюда? Еще даже не темно. Через сад?

У Алексея Матвеевича закружилась голова, и к запаху нарциссов примешался какой-то еще: то ли миндаля, то ли железа. Он посмотрел на подушечки большого и указательного пальцев, которыми переворачивал письмо. Они были багрового цвета, и имели двойные очертания, словно накануне он серьезно напился.

В следующее мгновение он уже не мог стоять на ногах, опустился на пол, держась за край стола и потерял сознание.

Он очнулся в больнице. Было утро или день. Через окно бил яркий солнечный свет. Голова трещала нещадно. Он застонал.

Вошла медсестра.

— Где я? — слабо спросил он.

— В институте Склифосовского. Это реанимация. Очень хорошо, что вы очнулись, ваша жена очень волнуется.

И медсестра дала ему телефон.

— Марусенька? Как я здесь оказался? Что случилось?

— Ты лежал без сознания на полу в своем кабинете. Я вызвала скорую.

— Что врачи говорят?

— Отравление. Но чем, понять не могут. Ты как себя чувствуешь?

— Паршиво, но жив. Сколько я здесь?

— Со вчерашнего вечера.

Медсестра вышла, но телефон ему оставили.

Минут через десять прогудел Телеграм:

«Алексей Матвеевич, по нашим расчетам, Вы уже должны прийти в себя. Надеюсь, мы верно рассчитали дозу. В следующий раз она будет смертельной. Наше предложение остается в силе».

«Я не могу вернуть Штерна, — с трудом набрал Медынцев. — Он — персона нон-грата для СБ. При всем желании».

«Можете, — ответил собеседник. — Пока не берите в штат. Заключите договор как с приглашенным психологом. И не афишируйте. СБ мы берем на себя. Там тоже работают смертные люди».

«Хорошо», — набил Алексей Матвеевич.

«На всякий случай, относительно Вашего будущего выступления в суде. Чтобы Вам было легче принять решение, на выходе будет дежурить наш снайпер. Альбицкий».

Медынцева выписали через два дня.

Еще из больницы он позвонил Штерну.

— Олег, возвращайся. Пока не в штат, по гражданско-правовому договору. И не афишируй, ладно? Ты же понимаешь, что не я тебя уволил! Мы не сможем тебе заплатить столько, сколько ты заслуживаешь, но твои подопечные держат голодовку.

— Что же ты молчал! У меня же теперь нет доступа к их картам!

— Верну доступ. И к карте Дамира тоже.

— Вы хоть за ним смотрите? Его не пытали снова?

Перейти на страницу:

Сюжет

Атмосфера

Главный герой

Общее впечатление

Итоговая оценка: 0.0 из 10 (голосов: 0 / История оценок)

Не работает?