Внешняя политика Советской России и СССР в 1920-1939 годах и истоки Второй Мировой войны

25 февраля в городе было введено военное положение. Вводился комендантский час, после 23:00 запрещалось перемещение по улицам без специальных разрешений военных властей. Вводился запрет на «всякие митинги, сборища и собрания как на открытом воздухе, так и в закрытых помещениях, без надлежащего на то разрешения Военного совета»[1138]. Тем не менее на ряде заводов прошли забастовки, рабочие и работницы вышли на улицы. Демонстрации удалось разогнать с помощью морских курсантов, без применения огнестрельного оружия[1139]. В Кронштадте было неспокойно, среди матросов, солдат и рабочих распространялись слухи о расстрелах в Петрограде. В результате уже 28 февраля заволновались экипажи кораблей флота. 1 марта начались собрания моряков на линейных кораблях «Петропавловск» и «Севастополь»[1140]. Попытка перехватить инициативу не удалась. Приехавшего выступать Председателя ВЦИК РСФСР М.И. Калинина никто не захотел слушать[1141]. Как отмечал один из командиров, «…ему почти не дали говорить»[1142]. Очевидно, на Калинина это произвело впечатление. Через несколько дней он заявил: «Самым ярким проявлением бандитизма является, несомненно, кронштадтское восстание»[1143].

К вечеру 2 марта город, порт и корабли флота были в руках восставших[1144]. Они представляли из себя плохо организованную толпу из нескольких тысяч матросов, артиллеристов и портовых рабочих[1145]. Они избрали Временный революционный комитет во главе с писарем с линкора «Севастополь» анархистом С.М. Петриченко, не проявившим особых организаторских способностей[1146]. Лозунгом восставших было установление настоящей Советской власти, свободной от диктата коммунистов. Они начали готовить свободные выборы. Первое обращение Временного Ревкома заканчивалось призывом: «Итак, товарищи, к порядку, к спокойствию и выдержке, к новому честному социалистическому строительству на благо всех трудящихся»[1147].