Средь тяжкого труда и скорби [СИ]

— Конечно, это только часть проблемы. Снаряды нарезных орудий гораздо плотнее прилегают к стволам, это означает, что они трутся о стенки канала ствола сильнее, чем ядра. Это еще больше увеличивает трение, что стоит нам еще большей потери скорости, а нарезы только ухудшают ситуацию. Честно говоря, подозреваю, что новые «направляющие полосы», которые испытывает мастер Хаусмин, в этом отношении будут даже хуже, чем полые оболочки с нарезами. Я все еще думаю, что преимущества перевешивают проблемы, имейте в виду, но нельзя отрицать, что проблем будет более чем достаточно, чтобы занять нас.

— И это не единственная трудность, с которой мы сталкиваемся, — вставил Симаунт. — Помимо всего прочего, новые стали мастера Хаусмина, особенно теперь, когда он попробовал добавить в них никель, еще крепче и прочнее, чем мы ожидали. Это замечательная новость во многих отношениях, но, к сожалению, это также означает, что мы, в конце концов, не можем производить из них удовлетворительные бронебойные и камнебойные снаряды. Стенки оболочки будут слишком прочными, чтобы пороховые разрывные заряды могли разметать их должным образом, если мы сделаем снаряды из его новой стали. На данный момент, похоже, будет разумнее ограничиться чугунными снарядами для гладкоствольных орудий и снарядами из сварочного железа, которые он уже разработал для нарезных орудий.

— Похоже, они неплохо поработали в заливе Таро и в Итрии, — сухо сказал Рок-Пойнт.

— Что они и сделали, сэр. И они все равно должны быть достаточно эффективны против деревянных судов и легких береговых сооружений. Но это только вопрос времени — и, вероятно, его будет не так много, — прежде чем люди начнут разрабатывать, например, противоснарядную защиту для своих крепостей. Десять или двенадцать футов земли, усиленные несколькими футами прочной каменной кладки, скорее всего, остановили бы проникновение любого из наших нынешних снарядов, даже из угловых орудий, и защита батарей сверху также будет на первом месте в списке приоритетов проектировщиков крепостей, как только они начнут осознавать предстоящие угрозы. Вот почему мы сосредоточились на производстве снарядов, достаточно тяжелых, чтобы сделать то, что бомбардировочные корабли сделали в Итрии с фортами предыдущего поколения. Или даже, в конце концов, проникнуть через чужую железную броню. Сварочное железо не будет столь эффективным для этих целей, и оно с большей вероятностью расколется или разобьется при ударе, чем сталь мастера Хаусмина, особенно с учетом процессов закалки, которые он разработал для упрочнения носов новых снарядов. Но если мы не сможем найти какой-то способ улучшить наш порох, не будет никакого смысла помещать разрывной заряд внутрь этих снарядов. По сути, мы были бы ограничены практически тем же сплошным ядром, которое мы всегда использовали, — более тяжелым, с лучшими пробивными качествами, но все же сплошным, а не взрывающимся снарядом.