Комсомольский комитет
- Автор: Громыко Нинель Ивановна
- Год: 1959
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Комсомольский комитет». Краткое содержание книги:
— Тошка, ты меня уважаешь? Как человека, уважаешь ты меня? Я понимаю: мой сын чистый! Он не может с тем, кто прежде… Тошка! Ты магарыч ставь всем. Потому ты нам всем обязан. Мы коллектив.
Сегодня, в этот морозный вечер, Тошка вдруг удивился: неужели у взрослого человека — он считал себя совершенно взрослым — может быть на уме сегодня одно, а завтра другое? Еще вчера Антону казалось, что в коллективе вот такие дынниковы по праву занимают свое место.
У Филатова были с собой деньги. И ему хотелось выпить. Но только не с мастером: «Вот ведь такие суки… помогали мне воровать. И еще просит магарыч, дешевка…» Антон решил не пить, брезгливо глянув на Дынникова. Но тут же передумал. Быстро достал из кармана бумажник, вынул из него пачку новеньких десятирублевок, нарочно пошелестел ими, пощупал их, бросил официантке:
— Водки пятьсот!
Водка явилась. Филатов подвинул себе чистый стакан, а стакан Дынникова, вдруг размахнувшись, бросил об пол. Официантка вскрикнула, Филатов небрежно заметил ей:
— Вычтешь за посуду. — Ты, крохобор, отвернись, — сказал он Дынникову.
— Ты что, смеяться надо мной при людях? — медленно поднимаясь, угрожающе спросил Дынников.
Антон, не чокаясь, не глядя на товарищей, которые, трезвея, в чем-то убеждали его, в чем-то успокаивали, не чувствуя, что замолчала вся чайная, пригубил полный до краев стакан водки и встал, бросив мастеру:
— Хватит двухсот рублей.
Филатов отлично знал неписаные законы людей, с которыми ему приходилось общаться: не выдавать друг друга ни в каких случаях. И как ни был он зол, Дынникову он сказал так, что непосвященный не поймет. Но Дынников спьяну сам начал выдавать себя. Он закричал громко и визгливо:
— Нет, ты мне ответишь! Какие двести рублей! Ты докажи! Чтоб каждая ворюга да честного мастера… Слышали, люди добрые? Да я тебя в суд, нет, в суд за клевету!
Сзади словно разорвалось что-то. Народ шумел, но Дынников кричал громче всех. Филатов пошел к выходу. Он не видел Корнюхина, остановившегося в дверях. Слышал раздававшийся у него за спиной лающий крик Дынникова. Он чувствовал себя так, как человек, который сейчас ударит. У Антона все похолодело внутри. Только протянуть руку… Засунув руки в рукава пальто, он пересилил себя и спустился со ступенек чайной.
И уже на дороге цепкие пальцы пьяного мастера схватили Антона за плечо. Вывалившаяся из чайной толпа тотчас окружила их.
Антон, хмелея от вина и от злости, увидел перед собой точно пляшущие при свете тусклого фонаря лица: разъяренное — Василия Дынникова; губастое, напряженное, красное — Корнюхина. Антон рванул прочь руку Дынникова — Василий Дмитриевич только зубы ощерил и, ругаясь, еще больней сдавил его плечо. У Филатова сжались кулаки. Эх, не хотелось еще раз в тюрьму за хулиганство, за мордобой, особенно сейчас.
— Пусти, бандит! — хрипло выговорил он.
— Я т-те покажу бандита! Нет, ты к участковому пройдешь! — Дынников оглянулся. Он был сильный мужик, но он не хотел сам вести Филатова в отделение милиции. Из толпы принялись усовещивать пьяного мастера.
Маленькие глазки Дынникова остановились на Корнюхине.
— Миша! Ты комсомолец! Дуй за участковым.
Корнюхин смотрел на Дынникова, на Филатова, пригнув голову. Большие зубы его, обычно приоткрытые, были крепко сжаты.
Услышав свое имя, Корнюхин даже вздрогнул; мгновение постоял, словно обдумывая, что ему делать. За плечами людей мелькнули перепуганные лица Нади, Даши и Варежки.
Не комсоргу Але Варежке, честной, но взбалмошной, а именно молчаливому, сдержанному Корнюхину поверяли ребята из смены свои сокровенные дела. Правда, Филатов не откровенничал и с Михаилом. Но Корнюхин от других знал про такие же случаи, как с Филатовым, поэтому намек Антона он отлично понял.
Михаил снял руку Дынникова с плеча Филатова, развел обоих и вдруг, багровея, что было силы ударил Дынникова кулаком в лицо.
Видно было, как напряглись большие пружинистые руки Михаила. Удар был короткий, сильный, но прозвучал он удивительно отчетливо и просто.
Толпа ахнула.
Филатов увидел мелькнувшую за чьими-то плечами перепуганную Надю. Значит, Даша тоже здесь… Ему вдруг очень захотелось уйти. Но Мишка!
Впрочем, Корнюхин в помощи Филатова не нуждался. Он постоял, наблюдая, как люди с помощью выбежавшего заведующего чайной поднимали Дынникова, убедился, что Василий Дмитриевич живой, и, решительно раздвинув толпу своим могучим плечом, пошел прочь.
На Филатова больше не смотрели. Он бросился из толпы и сразу же наткнулся на девушек.
— Ой, Тоша! — только и выговорила Надя, когда Филатов очутился возле них.