Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

Я был более удачлив — мои РБД попали достаточно кучно, но, к сожалению, не смогли нанести «Дервишу» серьезный урон. Скорость я не снижал, ведь с этими двумя пиратскими мехами нам лучше сражаться на близком расстоянии. Вскоре в дело вступили и ПИЧ. Лазоревый хлыст с «Пантеры» содрал часть брони с «Энфорсера» Уинстон, который вырвался немного вперед, а Свенсен нанес свой удар по «Дервишу». Один из его лучей превратил в расплавленное стекло почву у ног пирата, но другой попал точно в цель. Я с радостью увидел, как у того разлетелись во все стороны осколки брони, а из корпуса устремился в небо жирный черный дым. Кажется, одна из установок РБД-10 меха вышла из строя. Очень хорошо! «Дервиш» присел, а затем высоко прыгнул на струях раскаленного воздуха из своих прыжковых блоков. Кажется, он убегал. Пожалуй, мы не стали столь беспомощными противниками, как надеялись корсары, и у мехвоина на «Девише» просто не выдержали нервы, а может, он просто не захотел рисковать столь ценной машиной. Его напарник вел себя куда более храбро. Не сходя с места, он тщательно прицелился и выстрелил из ПИЧ, а его мишенью оказалась «Леди Смерть». От сильного удара в правую сторону мех пошатнулся, и мне с трудом удалось удержать его на ногах. Из-за огромной температуры плазменной струи по кокпиту прошлась волна страшного жара, заставив меня почувствовать себя словно в раскаленной печке. Даже хладожилет, заработавший на полную мощь, не смог мне помочь. Глаза стал заливать едкий пот, а ладони вмиг стали скользкими, с трудом удерживая рычаги управления. Что еще хуже — «Центуриона» опутала паутина электрических разрядов, от которых все приборы сошли с ума. Хорошо, что хоть не взорвался ни один экран. Несколько секунд я мог лишь, хрипя, с трудом проталкивать воздух в сжимающиеся от удушливой жары легкие. Сквозь затуманенное сознание до меня доносился истошный вой сирены, сообщающей о перегреве. Когда в голове немного прояснилось, я бросил взгляд на дисплей повреждений и не смог сдержать ругательства: правая рука «Леди Смерть», где было мое главное оружие, полыхала ярко-красным цветом. Внутренних повреждений пока не было, но брони там уже почти не осталось. Практически любое новое серьезное попадание выведет автопушку из строя. Хорошо, если при этом рука останется на месте, а что я буду делать, точнее, что будет делать Хопкинс, если ее оторвут? Что-то я очень сомневаюсь, что он сможет приделать ее на место в здешних условиях. Нет, мехвоин «Пантеры» явно знал, куда и как стрелять. Я двинул джойстиком. Прицел поплыл по обзорному экрану и совместился с вражеской машиной. Пара секунд и он из зеленого стал красным, а в наушниках зазвенел сигнал захвата цели. С чувством мстительного удовольствия я нажал большим пальцем на торцевую кнопку. Еще одна серия моих РБД с ревом сорвалась с направляющих пусковой установки и устремилась к врагу. Несколько ракет промахнулись, но большинство попало в цель. Тридцатипятитонная машина пошатнулась от удара, но серьезного ущерба, конечно, не получила. К этому времени, правда, Лизе удалось приблизиться на расстояние досягаемости ее основного оружия. Она задействовала сразу и «десятку», и большой лазер, невзирая на риск перегрева «Энфорсера». Сапфировый луч и снаряд ударили в «Пантеру». На этот раз, похоже, ей не удалось избежать сильных повреждений. Установка РМД-4 была явно разрушена, но основное оружие — ПИЧ — осталось цело. Дать нам шанс повторить удачные выстрелы пират совсем не собирался. Он задействовал свои прыжковые блоки и отправился вслед за своим напарником.