Последняя акция

И Миша пересказал Вадиму вчерашний неудавшийся разговор с Анастасией Ивановной, а также свои воспоминания восьмилетней давности, связанные с областной комсомольской конференцией.

— Темнит она что-то, — закончил Михаил.

— Ну, не будь таким подозрительным, — успокаивал его Жданов, смакуя кофе с коньяком, — возможно, ты затронул какой-то интимный вопрос, и она не пожелала с тобой секретничать.

— Тут кругом интимные вопросы, — не унимался Блюм, — и никуда от них не деться!

— Я бы на твоем месте не возмущался поведением несчастной, убитой горем женщины, а подумал о собственной безопасности. Ведь за тобой началась охота!

— Думаешь, все-таки Стацюра?

Раскосые серые глаза Вадима смотрели куда-то вдаль, в сторону городского пруда, где над водой еще не рассеялся легкий утренний туман и где чайки исступленно кричали, приветствуя выглянувшее из-за облаков солнце.

— Уверен на сто процентов, — после долгой паузы ответил он. — Факты налицо. Что ты ему докладывал в понедельник? Что у нас тогда было? Черный джип и парень со шрамом? Так? И вот уже джип канул в Лету, а Машу Преображенскую похищает простой советский ВАЗ, правда, очень примечательного цвета! Да бог с ним, таких красных ВАЗов в городе не счесть!

— А вчера, — подхватил Миша, — я ему рассказал о старике Калмыкове, доложил о похищении Маши и высказал подозрение насчет Буслаевой.

— Буслаева ночью уехала в Брянск на слет «поисковцев». Это не фенька. В Брянске и в самом деле в понедельник открывается слет, я проверил. Мой человек вылетит туда и последит за нашей дамочкой. Преображенской я сегодня позвоню, поговорим на интимные темы. А вот что делать с тобой, я прямо не знаю.

— Да брось ты! — Миша залпом выпил кофе. — Что я, маленький?

Вадим с интересом рассматривал здание городского почтамта, как будто видел в первый раз. Оно с детства пугало его своим уродством. Он поморщился — конструктивизм не был его любимым стилем в архитектуре, но, увы, именно в этом стиле выстроена половина зданий в его родном городе.

— Неужели ты не понял, Миша, он держал тебя лишь затем, чтобы идти впереди следствия, но ты, видимо, зашел слишком далеко. И вчера, — Жданов сделал глоток, — вчера ты ему ляпнул такое, что он решил тебя убрать. Заметь, не отстранить от дела, хотя мог бы найти для этого причину, а убрать физически! Значит, ты на верном пути. — Вадим наконец улыбнулся. — Посидим еще полчасика? Редко удается посидеть в такое прекрасное утро! И в городе — ни души, будто вымерло все.

— Суббота.

— С шабатом тебя, Мойше!

— Иди к черту! — махнул рукой Блюм.

Вадим вздохнул и серьезно добавил:

— Сдается мне, что и дело Максимова каким-то боком причастно к девочкам.

— Еще бы, — поддержал Миша. — Чего стоит хотя бы тот факт, что похищена дочь Светланы Аккерман?

— Похититель мог и не знать, что это ее дочь.

— Стацюра не мог не знать!

— Тоже верно, — согласился Жданов и спросил: — А эта Элла… Как ее?

— Валентиновна.

— Она как-то общалась с нашими «комсомольцами»?