«Новое солнце на Западе». Беда Достопочтенный и его время

Из книг Заветов Беда позаимствовал идею о том, сколь важная роль в истории народов принадлежала священникам и духовным учителям. Им, в представлении историка, следовало направлять деяния короля и вести их в соответствии с Божьей волей. Показателен, в этой связи, образ ирландского епископа Айдана, проповедовавшего христианство в Нортумбрии. Айдан, который наставлял на праведный путь королей Освальда и Освина, учил правителей смирению и покорности Богу, в изображении Беды близок к Самуилу, одному из любимых героев англо-саксонского автора в Ветхом завете. Освальд и его ближайший советник Айдан метонимически представляли королевскую власть и церковь, которые пребывали в гармонии и были необходимы друг другу. Образы проповедников и духовных учителей в «Церковной истории народа англов» говорят о том, каким, по мнению автора, следовало быть церковному деятелю. Характеризуя святых, учителей, епископов и проповедников. Беда, как правило, писал об их «преданности Богу», аскетизме, сочетании созерцательности и активной жизни, постоянном миссионерском труде, «отличном от праздности наших дней»[516]. Наряду с этими достоинствами Беда часто подчеркивал необычайную образованность своих героев, — черту, которую англо-саксонский ученый ценил весьма высоко.

Важную роль для англо-саксонского историка играли тексты раннехристианской историографии: одним из важнейших трудов, который служил Беде ориентиром для написания своего произведения, была «Церковная история» Евсевия Кесарийского (по аналогии с которой Беда, по-видимому, и назвал свою книгу). В сочинении Евсевия излагалась история возникновения, роста и триумфа христианской церкви. Ее основное предназначение, согласно автору, заключалось в распространении веры и в приближении, тем самым, конца истории: утверждение церкви у всех народов означало бы осуществление воли Бога и возвращение в вечность. Героями повествования Евсевия, в основном, становились наставники в вере, подвижники и христианские мученики.

В его «Церковной истории» был представлен образ могущественного благочестивого правителя-триумфатора, в государстве которого окончательно утвердилась христианская церковь. В сильной империи, которой управлял угодный Богу Константин, церковь «получает она свыше повеление вновь возликовать; она расцветает, как лилия, и распространяет свое Божественное благоухание на всех людей»[517]. Вслед за Евсевием, раннесредневековые историки описывали праведных королей, покровительствовавших вере, подтверждая их святость небесными знамениями. Иногда они прямо уподоблялись Константину: «Пригласив короля, епископ начал наедине внушать ему, чтобы он поверил в истинного бога... <...> И король [-Хлодвиг] попросил епископа крестить его первым. Новый Константин подошел к купели, чтобы очиститься от старой проказы и смыть свежей водой грязные пятна, унаследованные от прошлого»[518]. Правители из «Церковной истории народа англов» также обладали добродетелями Константина, а их поступки напоминали его деяния[519]. В сочинении Беды король Эдвин, как и император после своей победы, установил мир во всей Британии; перед сражением с язычником Пендой, Освальд, как и Константин после триумфа в Риме, водрузил крест на поле Хэвенфельт; Освиу, подобно герою сочинения Евсевия, председательствовал на церковном синоде в Уитби, ради единства Церкви.