На ближневосточных перекрестках

Финиковой пальме посвящены целые тома прозы и стихов, где воспевается это стройное, гордое дерево с трепещущей на ветру кроной.

Внимание, которое арабы и другие народы уделяли финиковой пальме, вполне обоснованно. Это дерево давало им пищу, топливо и строительный материал, из его плодов получали лекарство, изготовляли сахар и спиртные напитки, пекли лепешки, из толченых финиковых косточек варили напиток, напоминавший кофе.

Если вавилоняне считали, что от пальмы можно получить 365 полезных вещей, то у жителей Тадмора — небольшого государства, существовавшего в центре Сирийской пустыни в первые века нашей эры, это число вырастало уже до 800.

Оказавшись в трудных климатических условиях, в стране, где практически, кроме пальмы, не было крупных плодоносящих деревьев, арабы получали от финиковой пальмы почти все, что необходимо для скромной жизни. Они считали женщину плохой хозяйкой, если она не могла приготовить из фиников 30 различных блюд. Особое значение придавали арабы финикам как средству, исцеляющему человека от всех болезней и недугов.

Питательная ценность фиников подтверждена химическими анализами последнего времени. 1 кг фиников содержит около 2700 кал., т. е. больше, чем 4 кг мяса, и в два раза больше, чем 1 кг рыбы. В финиках содержатся аскорбиновая. и никотиновая кислоты, витамины А, Д, В2, магний, железо, медь, фосфор, а также сахар, жиры и другие питательные вещества.

Ирак занимает сейчас первое место в мире по производству этих ценных плодов. В Ираке от Фао до Аны на Евфрате и Киркука в Северном Ираке произрастает около 32 млн. финиковых пальм, дающих ежегодно 300–350 тыс. т.плодов, большая часть которых вывозится за. границу. Около 80 % мировой торговли финиками приходится на Ирак, вывозящий их в больших количествах даже в такие страны, как Саудовская Аравия, Индия и Египет, где производится немало своих высокосортных фиников. Но в Ираке среди 420 сортов фиников есть сорта, которых нет в других странах. Это прежде всего южные сорта — халави, хадрави и сайр и сорт среднего качества — захди, выращиваемый в центральных районах страны. В Ираке существуют такие ценные сорта, которые не выносят длительной перевозки и потребляются лишь на месте. Это прежде всего сорт барджи, который арабы едят с буйволиными сливками.

Отличить один сорт фиников от другого может только специалист. В Багдаде в августе 1965 г., когда немного спадал полуденный зной, я выходил на улицу и бродил по участкам, засаженным финиковыми пальмами. Здесь снимали созревшие финики сорта захди. Это крупные, примерно 5–6 см, продолговатые плоды, которые в зависимости от степени созревания бывают темно-желтыми или коричневыми. Среди простого люда Ирака существует убеждение, что финики захди содержат вещества, увеличивающие мужскую потенцию. Эти плоды, несмотря на их невысокие вкусовые качества, обильно употребляли в пищу аббасидские халифы, содержавшие огромные гаремы.

— На правом берегу Тигра, около дома, принадлежавшего когда-то премьер-министру королевского Ирака Нури Саиду, я встретил как-то группу арабов, снимавших финики сорта хистави, также распространенного в средней полосе. Накинув на пальму петлю из толстой проволоки, другой конец которой защелкивался за спиной сборщика, он делал несколько шагов по стволу пальмы, затем рывком, пригнувшись ближе к стволу, перебрасывал петлю на полметра выше, потом вновь ступал по пальме, упираясь спиной в подушку. За поясом у него торчал тяжелый кривой нож, которым он подрубал гроздья фиников. В это время женщины внизу расстилали циновки, на которые он сбрасывал срезанные грозди. В Басре при сборе урожая фиников высокого сорта грозди не бросают, а осторожно спускают на веревке.

В Ираке 1,2 млн. крестьян заняты выращиванием финиковых пальм. Они живут на плантациях, которые, как правило, им не принадлежат. Финики и высаживаемые на грядках между пальмами овощи составляют их постоянное меню.

…В Басре около набережной сгрудилось несколько десятков лодок, по своей форме напоминавших венецианские гондолы. Они ярко раскрашены в белый и синий цвета, некоторые затянуты тентом. На одной из таких лодок я отправился в путешествие по речному каналу, с обеих сторон которого раскинулись посадки финиковых деревьев.

Лодка медленно скользит по зеленой глади канала, в которой отражаются стволы пальм. Он тянется на несколько километров, почти до иранской границы. Поэтому мой. кормчий всегда выходит на работу с нас портом, который нередко проверяют иракские Пограничники.

У входа в канал стоят на приколе пришедшие из Багдада несколько барж с ободранными ржавыми боками. На их палубах — слепленные из глины круглые печки (таннуры), в которых речники в пути выпекают хлеб. Неподалеку от воды стоят шалаши из пальмовых листьев и циновок. Здесь живут те, кто очищает от ила оросительные каналы, обрабатывает плантацию, собирает весной пыльцу с мужских цветов, похожую на желтую жирную пудру, и аккуратно тампоном наносит ее на растущие веером женские соцветия.

Четверть часа плывем мимо циновочных. хижин и небольших дачек жителей Басры, проводящих здесь, у воды, самое жаркое время года, затем сворачиваем в узкую боковую канаву. Сейчас прилив, вода почти до краев наполняет углубление, близ которого тарахтит насос, гонящий воду на плантацию. Еще метров сто двигаемся по канаве, распугивая устроившихся у ее глиняных берегов мелких крабов. Перед хижиной из пальмовых циновок, к которой мы подплываем, играют дети, женщина в темном платье зачерпывает миской отстоявшуюся воду и выливает ее. в длинный, похожий на греческую амфору кувшин… Метрах в тридцати от хижины трудится крестьянин. Лопатой с длинным черенком, на котором с правой стороны сделан специальный упор, он ловко перекапывает землю. Рядом лежат несколько приготовленных для посадки саженцев с тугими, скрученными в трубку листьями.