Путёвые записки
- Автор: Мухачёв Антон Юрьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Путёвые записки». Краткое содержание книги:
гражданский журналист
Мне не было нужды гадать о его роли в судьбах Заи и Кота – я всё знал. Неизвестность покрыта мраком лишь до той поры, пока я не заострю на ней своё внимание.
- Это как же так? – спросил студент у пустоты моего дома.
Чуть волнуясь, я спустился на очки гостя. Он схватил меня двумя пальцами так, что я чуть не отправился к Творцу раньше времени, но очкарик ослабил хватку и, сощурившись, стал разглядывать моё совершенное тело.
- Это как так-то? – повторил он и выдернул мне ногу.
Боль!
- Я сделал всё, что они хотели! – с надрывом крикнул студент.
- Я сказал всё, что они просили! Я подписал всё, что они придумали! Они! Обещали! Меня! Отпустить! – уже орал он, срывая себе голос и отрывая мне одну ногу за другой.
Яркая боль!
И я мечтал о величайшей боли – только так можно было стерпеть эту.
Мир лопнул в глазах, но и тогда я не закричал. Человек не достоин и звука от высших созданий.
Ноги кончались. Очкарик катал меня в ладони и, вскоре, сменил крик на бубнёж.
- Они обещали, как же так, ведь они мне обещали… Я сказал даже то, что они не просили, лишь бы сладкая парочка страдала всю жизнь, а для них обоих такой срок – это смерть.
Студент сжал и разжал кулак и, вдруг, заорал прямо в свою ладонь, в меня, в мои глаза:
- Меня обещали отпустить! Отпустить!
И тут, явно ошалев от ближайших перспектив, он обратился ко мне:
- Паук, а, паук! А что, если бы мы с тобой поменялись местами? Ты стал бы мной, а я тобой. Тебе ведь всё равно где жить, тюрьма – твой дом родной, - припадочно захихикал он, - ты тут всю жизнь и прожил. А мне нельзя в тюрьму, нет-нет, нельзя. Ты меня прости за лапы, это я так, чисто научный интерес, да и две ещё осталось ведь.
Очкарик растянул в ухмылке рот, выдохнул безумным вопросом свою новую мечту:
- Давай меняться! Ну, что? Меняемся?
Я выключил боль, какой бы сладкой она мне уже ни казалась. Дело первичнее удовольствий. Глядя в зрачки человека, каждый размером с меня самого, я добрался к его мозжечку, до его самых древних инстинктов и, как можно чётче произнёс ему прямо в мозг:
- Хруп!
Пауки умеют разное, но это секрет.
Новое тело было непривычным и, оттого, неудобным. Нос натёрли очки, и я откинул их под лавку. Иудушка катался на теперь уже моей ладони.
- Привет от Заи! – бросил я бывшего очкарика на пол и наступил на него своей огромной неуклюжей ногой.
Хруп.
Жёлтые шары
За тонкой жестяной перегородкой громко икал педофил. Фургон подпрыгнул на ухабе, и зеки, сквозь прочифирённые зубы, закостерили дороги, водителя и свою жизнь.
Я ехал в суд на «последнее слово». За спиной мелькнули лефортовские годы, но ни о речи в суде, ни о грядущем сроке я не задумывался. Смена обстановки дарила новые впечатления, столь важные для замурованных в склепе.
Мне нравятся автозаки, эти калейдоскопы судеб с терпким запахом дешёвого табака и потного горя. За пару часов тряски успеваешь познакомиться, пообщаться, пожелать удачи и навсегда расстаться. Людей я разглядываю в упор. Знакомлюсь с теми, кто взглядом бросает мне вызов или улыбается. Иногда возникают конфликты и улыбаюсь уже я.
У выхода к чистому воздуху полулежат «блатные». Многотелесный грузин развалился на лавке, из-под мясистых век разглядывает свободу. Его синерукая свита смеётся рядом и что-то ему нашёптывает. От них и до конца фургона, плечом к плечу на двух лавках сидим все мы — мужики, бедолаги, спецконтингент.
Проход узкий и колени упираются в сидящего напротив попутчика. Он рассматривает меня уставшими серыми глазами, кивает в такт качки, будто мы уже начали общаться. Я же играю в старинную забаву: «Угадай кто?». Крупная челюсть с глубокой рытвиной, рассекающей подбородок — убедить его нелегко. Вздёрнутые морщинки у глаз — ценит юмор. Жёлтая щётка густых усов — много курит, но сейчас терпит или бросил. Покатые плечи обтянуты свитером, кисть руки — как мои две.
«Военный!», — подумал я и не ошибся.
Автозак снова тряхнуло, и я ударился о соседа, возможно чуть сильнее, чем следовало бы для знакомства.
— Извините, не специально! — чётко выговорил я.
Спустя мгновение мы уже знакомились.
— Семен Григорьевич!
— Антон! А вы где работали, если не секрет?
— Не секрет, — улыбнулся он — в спецслужбе.
Я оглянулся в сторону «блатных». Они были заняты собой и вниманием нас не удостоили, но соседи замерли. Бывших сотрудников обычно возят отдельно, но безопасность педофилов стране важнее, и из-за нехватки мест мой новый знакомый ехал среди всех. Впрочем, за себя он не волновался.