Оленья кавалерия или смерть от кота своего...
- Автор: Волынец Алексей Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Оленья кавалерия или смерть от кота своего...». Краткое содержание книги:
От автора:
Ранее часть глав была опубликована в журнале «Профиль» и на страницах электронных СМИ «Русская планета» и DV.land.
Пройдя за месяц по тундре свыше 300 вёрст, только 2 марта севернее устья реки Анадырь отряд Павлуцкого настиг первые кочевья чукчей. От пленных узнали места стойбищ «главного тоена Тентиона» — их нагнали и разгромили через две недели где-то севернее современного чукотского посёлка Канчалан.
В битве погибли 106 чукотских воинов во главе с самим тойоном Тентионом. Его жена умерла от пыток — как описывалось в донесении Павлуцкого, «по распросам на огне зжена», русскому отряду требовалось добыть информацию о других чукотских кочевьях. Один же из маленьких сыновей Тентиона позднее вместе с другими пленными попал в Якутск, там его вырастила жена Павлуцкого, в крещении мальчик получил имя Николая и позднее стал известным исследователем Крайнего Севера, получил чин русского офицера и дворянское звание.
Но вернёмся в 1744 год, когда отряд Павлуцкого двигался по Чукотке на север вдоль берегов залива Креста, громя найденные кочевья и стойбища. Здесь были разгромлены яранги тойона Тегрувья и захвачены его табуны оленей. В конце мая разгромили огромное по местным меркам поселение береговых «пешихх чюкоч», в бою погибло 130 чукотских воинов.
По русским описаниям это был «острог, выкладенной ис каменьев». Сами чукчи такие укрепления называли Гуйвиир, «каменная крепость». В обороне своих «крепостей» у чукчей было одно слабое место — они непоколебимо верили, что враг никогда не войдёт в их яранги и землянки, так как побоится мести духов-покровителей, которые по их поверьям имелись у каждого северного жилища. Действительно, в междоусобных столкновениях ни чукчи, ни коряки, ни ительмены-камчадалы, все свято верившие в духов жилищ, никогда не врывались в жильё противника, они или вынуждали защитников разными способами покинуть его, или стремились его разрушить.
Но в столкновениях с русскими наивная тактика — засесть в своей яранге и не выходить из неё — не работала. Солдаты и казаки чукотских духов боялись меньше, чем начальства, и во время штурмов смело врывались в чукотские жилища, либо расстреливали их из ружей. К тому же при штурме таких «крепостей» русские с успехом использовали высокотехнологичное для тех лет оружие, которого точно никогда не было у их северных противников — ручные пороховые гранаты.
Защитить от русских свои посёлки, даже хорошо укреплённые, чукчи не могли. Помня об итогах прежних столкновений, они отныне избегали и открытого боя, лишь изредка беспокоя русских мелкими нападениями на обоз и табуны оленей. Павлуцкий рассылал в разные стороны дозорные отряды, но найти «главное чукотское войско», растворившееся в бескрайних пустынях Севера так и не смогли.
В начале лета 1744 года русский отряд вышел к берегам залива Лаврентия, самой крайней точке Чукотки на востоке. Отсюда повернули на запад, двигаясь вдоль берегов Восточно-Сибирского моря до устья реки Амгуэма, протекающей на севере Чукотки. Здесь пришлось повернуть на юго-запад и возвращаться в Анадырский острог, так как войско Павлуцкого уже испытывало голод.
Слишком большому по меркам Крайнего Севера отряду в походе, растянувшемся даже не на сотни, а на тысячи вёрст, было тяжело прокормиться. Вместо поиска неуловимых «чюхч», пришлось заниматься охотой на птиц и диких оленей, специально посылать отряды на побережье для добычи моржей и нерп и даже прибегнуть к «подножному корму». «Идучи по тундре питались травой и кореньем», — так позднее докладывал майор Павлуцкий начальству.
Отряд двигался медленно — были съедены почти все «езжалые» олени из обоза, приходилось часто останавливаться для поисков и добычи еды. От голода и дальних переходов многие обессилели, их пришлось нести на носилках, сделанных из копий и ремней. Чукчи шли по пятам уходящего отряда Павлуцкого и сумели убить нескольких казаков, отделившихся для рыбной ловли.
Лишь 22 сентября 1744 года отряд Павлуцкого вернулся в Анадырский острог. Пройдя за 8 месяцев в тяжелейших условиях по землям Чукотки почти 3000 км, так и не удалось решить главную задачу — уничтожить основные силы чукчей. Добыча так же оказалась ничтожной — не было ни ценных мехов, ни больших стад трофейных оленей, а из сотни взятых «в полон» женщин и детей большинство умерли от голода по дороге в Анадырский острог.
В отправленном начальству донесении майор Павлуцкий меланхолично доложил, что чукчи подчиняться не желают и «до последней капли крови намерены ратитца», поэтому необходимо продолжить походы в самые отдалённые края Чукотки. Однако на следующий год выступить не удалось — банально не хватило еды. Почти 500 человек в Анадырском остроге, помимо постоянного гарнизона, за зиму съели всех окрестных оленей. Лето 1745 года людям Павлуцклого пришлось полностью посвятить добыче и заготовке пропитания. Благодаря предусмотрительности майора удалось лишь перехватить один крупный отряд чукчей, отправившихся в очередной набег на байдарках по реке Анадырь.