Оленья кавалерия или смерть от кота своего...

Перебродившие остатки борщевика стали любимым кормом для домашних коров и свиней. И по свидетельству Георга Стеллера улицы Большерецкого острога, «столицы» Чукотки в XVIII веке, представляли забавное зрелище во время самогоноварения: «Эти животные повсюду шатаются по улицам острога, посещая места, где гонят водку, и там обычно располагаясь. Таким образом, скотина часто вместо телохранителей сопровождает своих хозяев к кабакам, что неоднократно заставляло меня смеяться…»

Камчатские архивы сохранили даже финансовые данные о производстве и продаже «травяного вина». Например, с 1773 по 1797 год царская казна, обладавшая тогда в России монополией на оптовую продажу алкоголя, заработала в камчатских и охотских острогах на водке из борщевика 13 768 рублей 78 копеек чистой прибыли. Но к началу XIX века специфическая водка Камчатки ушла в прошлое — её заменил доставлявшийся на кораблях из европейской части России хлебный спирт, похмелье от которого, по общему мнению, было менее тяжким.