Настоящая история Смуты. Русская столетняя война середины XVI - середины XVII веков
- Автор: Левчик Дмитрий Александрович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Директ-Медиа
- ISBN: 978-5-4499-2760-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Настоящая история Смуты. Русская столетняя война середины XVI - середины XVII веков». Краткое содержание книги:
Книга построена на анализе широкого круга исторических источников и литературы. В качестве своеобразного иллюстративного материала в нее включены отрывки из авторской повести «Проклятие. Сказ о русском пире и русском бунте» и рассказа «Русская реформация. Стоглав».
Правда, ее участники этого не поняли. Часть из них была уверена, что революцию продолжит царица Марина и ее сын Иван Дмитриевич, часть верила в возможное лидерство патриарха Филарета и его клана — Романовых, а некоторые перешли под знамена Дмитрия Ивановича Астраханского («Лже» Дмитрия IV из учебников истории), а на самом деле, скорее всего, внука Семиона Бекбулатовича, сына Ивана Семионовича. Но это — другая история.
Царь Владислав, царь Дмитрий III и царь Дмитрий IV 1610–1613 годы
17 июля 1610 года бывший самочинный зарайский воевода Захарий Ляпунов, контрабандист и склочник, явно подкупленный поляками, со своими наймитами, тайно привезенными в Москву, при помощи сообщников из числа ближних к царю Василию Шуйскому бояр проник в Кремль и устроил незаконную вооруженную оппозиционную демонстрацию. Требовал отречения царя Василия. Опасаясь расправы, Шуйский бежал из официальной резиденции в свой дом, где фактически оказался под домашним арестом. Бояре-заговорщики, подельники Ляпунова, объявили народу, валом повалившему на шум и крики, что царь де ушел в монастырь. Его действительно пытались постричь, но к чести Шуйского, он остался царем и слова пострига не произнес.
Ляпунов, естественно, ожидал почестей и повышений за свое «геройство» во время путча, но дошлые московские бояре его обманули. Плодами ляпуновского бунта воспользовалась боярская группировка Федора Мстиславского, Ее сторонники лихо отстранили незадачливого авантюриста от дележа добычи, должностей и привилегий.
Через десять дней после смещения царя, бояре-заговорщики подписали с польным коронным гетманом (полевым верховным главнокомандующим польскими войсками), известным как палач запорожских казаков, утопивший в крови восстание Наливайко, а также как погромщик восставших против Сигизмунда рокошан Зебжидовского, Станиславом Жолкевским предварительный договор о том, что русским царем будет пятнадцатилетний сын польского короля Сигизмунда, Владислав.
В учебниках это время называют «семибоярщиной». Но на самом деле никакой «семибоярщины» не было. Это слово придумал литератор века XIX А. А. Бестужев-Марлинский. Боярская московская администрация в источниках того времени называется «седьмочисленными боярами». Полагаю, что названы так они в честь святых седьмочисленников, учеников Кирилла и Мефодия, мудрых и эрудированных людей. Льстили московские исторические источники XVII века московским боярам, а не ругали их. Что очевидно.
Итак, в те года не было «семибоярщины», а было правление царя Владислава, который был признан царем частью «тушинских бояр», испугавшихся поляков и отколовшихся от Дмитрия II, еще 4 февраля 1610 года во время визита «тушинской» делегации в занятый поляками Смоленск, а также московскими боярами 27 августа. 11 сентября объединенная делегация бывших «тушинских» и московских бояр едет к Сигизмунду договариваться о деталях воцарения его сына. Все понимают, что Владислав — не слишком законный царь, ибо не наследник русского царя. Да и не православный он. Правда, Владислав обещает принять православие. И его незаконность немного уравновешивается тем, что в декабре 1610 убит Дмитрий II и как бы наступило междуцарствие, а также тем, что патриархом при Владиславе планируется Филарет Романов (от «тушинцев»), а первым боярином думы — Федор Мстиславский (от москвичей). Один — племянник царицы Анастасии, жены Ивана «Грозного», другой — брат царицы Анастасии, жены Семиона Бекбулатовича. Налицо некая передача царской власти по женской линии и некий компромисс между основными враждующими сторонами (умеренными революционерами, бывшими сторонниками Дмитрия II и сторонниками Мстиславских, реальных правителей при Семионе Бекбулатовиче и раннем Федоре). При этом позиция патриарха Филарета до декабря 1610 года весьма шаткая, ибо в Москве спокойно действовал в то время патриарх Гермоген, который с июля по ноябрь вел вполне пропольскую политику и был арестован поляками только в декабре за то, что благословил «первое ополчение» (а вовсе не за призывы к сопротивлению полякам).