Дочь врага для Темного

— Видимо, недостаточно для того, чтобы выбрать меня.

Голос был наполнен болью, смешанной с бесконечной тоской. Будь я тварью, настоящей тварью, я бы воткатила ситуацию назад и улетела с ним. Но я такая, какая есть. И пусть я понимала, что Никита, возможно, во многом любил меня иначе, возможно, всегда бы выбирал именно меня, я не смогла бы по-другому. Теперь нет.

— Пожалуйста, может есть какой-то другой способ. Чтобы… — заглядывала в глаза, ища надежду.

— И рыбку съесть, и косточкой не подавиться не выйдет, Надя. Время, — мягко оттолкнул меня от себя и указал на дверь.

Надежды, разбитые в пух и прах.

— Я не смогу…

— Сможешь. Ты не одна. А он ни в чем не виноват, так что рисковать ребенком ты не будешь. Я тебе этого не позволю, — теперь голос звучал грубо. Нетерпеливо. Никита подхватил мой рюкзак, взял меня за руку и повел в неизвестность.

Я кусала губы и в ужасе осматривалась, ожидая получить в любой момент неожиданный удар со стороны отца.

— Где…мама?

Не самый удачный вопрос в такой момент, но я только сейчас поняла, что так и не увидела ее. Теперь, понимая, что мы не родственники, странно испытывать тоску по чужому человеку, но именно к ней у меня держались какие-то детские эмоции.

— Отослана, чтобы не отсвечивать.

Ясно. Макарский, как обычно, решал вопрос в своем стиле. Чтобы лишние скандалы не закатывала, сплавил куда подальше.

Охрана спала, позднее я узнала, что вся прислуга сработала слаженно и четко, подмешав в чай снотворное ударных доз. Мне было безумно страшно и так же стыдно. За то, что я сбегала, за что, что слабая и неспособная на борьбу. Пульс барабанил в висках, искажая способность ясно мыслить. Меня словно затянуло на дно. Все казалось мутным и нереальным, и только сжимающая мою ладонь теплая рука держала помутневший разум на поверхности. Никита вывез меня из дома в тайне от всех.