Любовь и бессмертие [СИ]

– Знаю я, любит Стефан тебя и всегда любил. Я ему никогда не нужна была. Так, – она пьяно захихикала, – надо же было с кем-то постель делить.

– Ты пьяна, Даша.

– А что мне остаётся? Муж мой ухаживает за тобой, я всё время одна. Никому стала не нужна, дочь родная и та нос воротит. Вишь, как! И с внуком бабушке нельзя поиграть, зять водителя срочно прислал, не понравилось ему, видите ли, что тёща вина немного выпила.

– Забыла, к чему выпивка мать твою привела?

– Я, в отличие от своей матери, дочь вырастила и замуж за богатого человека отдала!

– Не сама вырастила. Со Стефаном. Не было бы его рядом, то и не вырастила бы.

Снежинки ложились инеем на волосы и платок Даши, другие падали на лицо, таяли, увлажняя щёки, будто слёзы. Я вздохнула.

– Жадная ты, Даша. Говоришь, любишь, а любовь подарить жалеешь. Всё требуешь чего-то, а принять с благодарностью не умеешь. Тебе и давать не хочется, ты дар требованием обесцениваешь и для себя, и для дарителя. Тебе впору у дочери поучиться. Раненого отказом Кати, Анюта Эдварда любовью своей исцелила. Он про Катю и думать забыл, счастлив с молодой женой, сыну не нарадуется. И не важно, что сын не его, ребёнок любимой женщины всегда родной. А тебе всё кто-то что-то должен.

Я помолчала, лаская подбежавших собак.

– Стефана я люблю, Даша. Дорог он мне. Но мой мужчина Сергей, рядом он со мной или далёко от меня, он для меня единственный.

– А куда ж тогда Стефан ночами бегает, как не к тебе?

– Бегает? – Я пожала плечами. – Я не знаю, куда ночами бегает Стефан. И ещё скажу, мне, Даша, не жаль тебя. Ты вышла замуж за замечательного мужчину и ухитрилась и его несчастным сделать, и себе счастья не добыть.

Собаки бросились к вышедшему из дома Стефану, закружились вокруг его ног, подпрыгивая, тянулись носами к его руке, ластились. Стефан широко шагал между ними, приговаривая:

– Гулять, гулять пошли. – Остановился рядом с нами, посмотрел на Дашу, на меня. – Пойдём?

– А меня не пригласишь погулять?

– Домой иди. Проспись.

Я повернулась к ним спиной и пошла по дорожке. Стефан догнал, взял за руку, приноравливая свой шаг к моему, и спросил:

– Опять обидела?

Я покачала головой.

– Почему «опять»?

– Про прошлый раз она, пьяная, сама мне рассказала. Хвасталась, как смело высказала в лицо всё, что думает.

– Ей больно, она стремится причинить боль другим. – Я вздохнула. – Каждый делится тем, что у него есть. Стефан, Даша сказала, что ночами ты бегаешь ко мне.

Стефан молчал.

– Я не спрашиваю куда. Я говорю о её переживаниях.

– К тебе.

Я остановилась.

– Как ко мне? Куда?

Стефан потянул меня за собой.

– Помнишь, ты плакала всё утро, вышла из спальни к обеду? Я уснуть не мог, думал, ты и ночью плачешь. Пришёл. А ты спала. Я слушал, как ты спишь.

– Стефан, ты… ты что творишь? – Возмущению моему не было пределов. – Я теперь дверь запирать буду!

– Не надо. Я ещё два раза приходил. Потом Макс меня встретил.