Разрыв. Этот длинный, длинный день (СИ)
- Автор: Яньшин Юрий Витальевич
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Разрыв. Этот длинный, длинный день (СИ)». Краткое содержание книги:
- Папка! - воскликнула она в не себя от неложной радости. - А мы тебя так ждали, так ждали, а ты все не шел и не шел! - кричала она в радостном возбуждении, обнимая его за шею. - Мама два раза ставила суп разогревать! Я сама хотела идти тебя искать, но там такой строгий офицер сидит в конце коридора, что мне даже проходить мимо было страшно. Он так смотрит, будто прицеливается!
Из соседних комнат, выходивших в прихожую, на него смотрели остальные домочадцы. С одной стороны - озабоченное лицо жены, тщательно вытиравшей мелко трясущиеся руки о передник (видимо только что с кухни, где возможно был неприятный разговор) и круглое с веснушками лицо младшего внука Кости - сына Насти. Из другого дверного проема на него уставилась, хищно сощурив глаза - старшая дочь Юля, высокая сорокалетняя особа с тонкими и поджатыми губами, демонстрирующими всему миру вечное недовольство своей хозяйки. "Ага! Вот, стало быть, откуда ждать мне грозы. Ну, я в принципе, так и знал" - сокрушенно, но ничуть не удивляясь подумал он, кряхтя вставая с табурета и радуясь тому, что наконец избавил от тесных ботинок гудящие от усталости вспотевшие ноги. За ее спиной возвышалась, почесывая брюхо под майкой, фигура зятя Леонида - рано облысевшего и отрастившего "пивной" животик бизнесмена средней руки, промышлявшего оптом чего-то там. Их дочерей близняшек - Ани и Яны не было с ними. Они жили в Питере у бабушки, где заканчивали международный институт менеджмента и маркетинга. На взгляд Афанасьева это было не учебное заведение, а синекура, приспособившаяся выкачивать деньги из богатых и доверчивых родителей, но с его мнением старшая дочь никогда не считалась, и он к этому уже привык, махнув на все рукой. Стоять в носках на каменном полу было не слишком уютно, он перемялся с ноги на ногу, не зная, что предпринять и это его движение не осталось незамеченным. Настя ойкнула и всплеснув руками тут же куда-то упорхнув. Уже через пару секунд она держала в одной руке его любимые, разношенные донельзя тапки без задников, а в другой старые треники, в которых он так любил ходить в свободное от службы время. Слезы умиления, едва не хлынули из его глаз при виде заботы младшей дочери: "Наверняка сама догадалась при скороспешных сборах сунуть в пакет тапки с трениками. Ну, хоть с этой не ошиблись мы с матерью - будет, кому в смертный час поднести стакан воды" - подумал он, обнимая дочурку и неловко хлопая ее по спине, чем вызвал полную яда и презрения ухмылку старшей. Да она и не старалась никогда скрыть своего истинного отношения к отцу и сестре. Наконец жена справилась с волненьем и перехватила инициативу младшей дочери, как всегда, затараторив:
- Вот ведь мужики, как сойдутся вместе, так и сидят, пока их не разгонишь! Да, что у них, жен, что ли нет?! Или дома никто не ждет?! Время уже десятый час, а они все заседают! Я уже замучилась суп разогревать на этой электроплите! Биточков, вот, наделала, как ты любишь. Ты что, забыл о чем тебе доктор наказывал?! При твоей язве тебе необходимо регулярное! Ты слышишь?! Регулярное питание! Я хотела принести туда, где вы сидели, закрывшись, но меня не пустили! Все вокруг говорят, что ты теперь главный в стране, а меня, значит, законную жену, к этому главному и не пускают! Где это видано такое, чтобы жену к мужу не пускали?! Ты скажи им, раз ты главный, чтобы они так больше не делали!
- И что будет? - криво усмехнулся он на сентенцию супруги.
- А ничего хорошего! - уперев руки в бока, резюмировала Аглая. - Сегодня они меня к тебе не пускают, а завтра, глядишь, и тебя ко мне не пустят!
- Ой, мам, ну хватит уже! - заступилась Настя за отца. - Сама ведь видишь, что в стране творится. Пришел, ну и, слава Богу! А ведь мог бы и вообще не прийти, будь он там на трибуне. Радоваться надо, что живой. Иди, давай, накрывай на стол.
- То есть, как это не прийти?! - прикрыла жена рот ладошкой в испуге. До нее только сейчас дошло, что ее муж, с которым она прожила бок о бок, больше сорока лет, мог вот так вот взять и не прийти, по нелепой случайности. Слезы стали наворачивать в ее больших от испуга глазах.
- Ну вот! - хлопнул себя по ляжкам, уже облаченным в треники, Диктатор Всея Руси. - Что ты, понимаешь, мать пугаешь?! У нее и так голова не на месте, а ты ее еще и подначиваешь!
- Как это не на месте?! - сразу вспыхнула Аглая, моментально прекращая слезоизвержение. - И где она, по-твоему, находится?!
- Ну, все-все, мать, успокойся! Я пошутил, - выставив вперед руки в примирительном жесте, быстро проговорил он, гася начавшуюся подниматься бурю.
- Ладно. Иди мыть руки. Умывальник вон там, - указала Аглая пальцем на еще одну дверь в прихожей, - а я опять пойду разогревать еду.
- Руки помою, - не стал спорить он с супругой, - а вот насчет еды, то не суетись, мать. Есть - не буду.
- То есть, как это, не буду?! - крутанулась она на месте. - Что значит, не буду?! Я не поняла! Это что еще за фокусы?!
- Не шуми, мать, - примирительным тоном оборвал он начавшую закипать жену. - Я перекусил недавно. Рудов угощал бутербродами с сыром.
- Не ври мне, Валера! Ольга мне сама сказала, что передала Сергею бутерброды с ветчиной.
- Тебе, Аглая, в контрразведке бы работать! - развел руками Афанасьев, не зная, что возразить на слова жены. - Но все равно ни ужинать, ни завтракать не буду.
- Это еще почему?! - округлила глаза Аглая. - ты, что с ума там спрыгнул на своих заседаниях?! С твоей-то язвой?!
- Ничего не поделаешь, но так надо. Вакцину от коронавируса привезли новейшую и секретнейшую. Только что изготовили для высшего комсостава пробную партию, - упоенно начал врать он, делая при этом очень-очень честные глаза. - Вот велели всем завтра в срочном порядке пройти обязательную вакцинацию. А перед этим сказали не ужинать и не завтракать, чтобы не возникло процесса отторжения.
- Господи! - прислонилась она головой к дверному косяку. - Ну, за что мне такой дурак то достался?! За какие такие грехи?! Кто это тебе - Верховному Правителю, что-то может велеть?! Что значит пробная партия?! У них там, что, лабораторные мыши закончились, и они решили попробовать свое снадобье на тебе и на твоих глупых генералах?! Или ты меня совсем уж за дурру беспросветную держишь?! - всхлипнула она на последней фразе.
И тут с противоположного проема двери раздался злорадный лающе-истерический хохот старшей дочери.
- Их! Их! - задыхалась она в приступе после долго сдерживаемой истерики, - специально выставили впереди, чтобы они на свет выползли! А потом тапком их! Тапком!
- Доча, доча! Что ты говоришь?! - ужаснулась мать.
- А что я такого сказала?! Кто он у нас теперь, диктатор или фюрер?! Леонид! - обратилась она к мужу, не перестававшему уныло чесать живот, - ты, я знаю, всю жизнь мечтал быть зятем министра обороны! Так вот, тебе несказанно повезло! Теперь можешь повсюду ходить и говорить, что твой тесть - главарь хунты! Только поторопись, пока его свои же кокнули!
- А ну замолчи немедленно! - бросилась на нее с кулаками младшая сестра, заслоняя собой отца, от неожиданности снова присевшего на табурет. - Как ты смеешь?! Гадина! Такое про отца!